0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Онлайн чтение книги Рассказы; Повести; Пьесы Попрыгунья. Чехов антон павлович «антоша чехонте»

РАССКАЗЫ

Анюта

О ранних рассказах А. Ч.

(из полного собрания сочинений в 30 томах)

Первый сборник рассказов Чехова был подготовлен к печати в середине 1882 года. В него входили рассказы: «Жены артистов», «Папаша», «Петров день», «За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь», «Исповедь, или Оля, Женя, Зоя», «Грешник из Толедо», «Темпераменты», «Летающие острова», «Перед свадьбой», «Письмо к ученому соседу», «В вагоне», «Тысяча одна страсть, или Страшная ночь».
В свет этот сборник не вышел. Сохранились два неполных его экземпляра — без обложек, титульных листов, последних страниц и оглавления (Московский дом-музей А. П. Чехова — 112 и 96 стр.). На одном экземпляре сделана помета: «Издание автора 188—»; в другом — указание И. П. Чехова: «Сохранившиеся листы первого сборника рассказов А. П., не вышедшего в свет. (Начала 80-х годов, до „Сказок Мельпомены“). И. Чехов. 31 марта 1913»; «Рисунки покойного брата Николая».
М. П. Чехов писал об этой книге весьма осторожно: «Она была уже напечатана, сброшюрована, и только недоставало ей обложки… Я не знаю, почему именно она не вышла в свет и вообще какова была ее дальнейшая судьба» (Вокруг Чехова, стр. 137).
Сам А. П. Чехов никаких сведений о первом своем сборнике не оставил.
По традиции с этой книгой связывался черновой эскиз обложки, сохранявшийся у М. М. Дюковского (в 1965 г. передан в Московский музей А. П. Чехова): «На досуге. Антоши Чехонте. Рис. Н. П. Чехова».
Сборник датировался до сих пор 1883 годом на том основании, что хронологически позднейшая в нем пародия «Летающие острова» была напечатана в журнале «Будильник» в мае 1883 г.
При подготовке тома были обследованы дела московской цензуры, хранящиеся в Центральном гос. архиве г. Москвы. Среди бумаг 1882 г. обнаружены документы, объясняющие судьбу первой книги Чехова.
19 июня 1882 г. московская типография Н. Коди, издававшая, в частности, журнал «Зритель», обратилась в цензурный комитет с просьбой выдать ей «билет для представления в корректурных листах книги под названием „Шалопаи и благодушные. Альманах Антоши Чехонте с рисунками Чехова“, в которой будет 7 печатных листов» (ф. 31, оп. 3, ед. хр. 2251, л. 95). Цензурный комитет заседал в тот же день, но в просьбе было отказано «по неимению в виду закона для разрешения настоящего прошения» (там же, ед. хр. 2173, л. 125 об.). 30 июня 1882 г. типография вновь обратилась в цензурный комитет, прося «выдать ей билет для представления в корректурных листах книги „Шалость“ А. Чехонте, с рисунками Н. П. Чехова, книги, в состав которой входят статьи, уже печатавшиеся разновременно в подцензурных изданиях». «Статьи, — говорилось в этом прошении, написанном рукой самого Чехова, — которые еще не были напечатаны, будут доставлены в рукописи. Книга будет состоять из 5–7 печатных листов» (там же, ед. хр. 2251, л. 155). На этот раз просьба была удовлетворена, и типография получила «билет» — право на представление книги цензору. Цензором был действительный статский советник В. Я. Федоров, весьма влиятельный чиновник, вскоре назначенный председателем Московского цензурного комитета.
Обнаруженные материалы позволили установить дату сборника — 1882 (пародия «Летающие острова» относится, таким образом, тоже к 1882 г.), его название — «Шалость» — и полный объем (7 печ. л.)[100].
Дальнейшая судьба первой книги Чехова в сохранившихся документах цензурного архива не отразилась. Но, начиная с Н. А. Лейкиным переговоры о «Пестрых рассказах», Чехов писал: «В Москве находятся издатели-типографы, но в Москве цензура книги не пустит, ибо все мои отборные рассказы, по московским понятиям, подрывают основы» (1 апреля 1885 г.).
Поскольку издание «Сказок Мельпомены» цензурных препятствий не встретило, замечание Чехова может быть отнесено только к первому его сборнику.
Из сборника «Сказки Мельпомены. Шесть рассказов А. Чехонте», М., 1884, в состав настоящего тома вошли: «Он и она», «Барон», «Месть», «Два скандала», «Жены артистов» (рассказ 1883 г. «Трагик» см. в томе II).
Появление «Сказок Мельпомены» — первой увидевшей свет книги Чехова — вызвало ряд откликов в прессе. В частности, П. А. Сергеенко писал: «… рассказы А. Чехонте живьем вырваны из артистического мирка. Все они небольшие, читаются легко, свободно и с невольной улыбкой. Написаны с диккенсовским юмором … Всюду разлит юмор, юмор без натуги, и Чехонте обращается с ним весьма осторожно, как и следует. А то за последнее время ужасно как все ударились в юмористику … мы только и смеемся, когда начальство острит и нельзя не хихикать, или когда шкуру сдерем с ближнего. Здорового же, веселого, хорошего смеха и в помине у нас не имеется» (Яго. Летучие заметки. — «Новороссийский телеграф», 1884, № 2931, 1 декабря).
В еженедельной газете «Театральный мирок» (выходила под редакцией А. А. Плещеева) была помещена библиографическая заметка о сборнике: «Все шесть рассказов написаны бойким, живым языком и читаются с интересом. Автор обладает несомненным юмором» («Театральный мирок», 1884, № 25).
Отзывом о сборнике начал свой «Московский фельетон» в «Новом времени» А. Д. Курепин, подписавшийся инициалом К. «Напрасно Антоша Чехонте увлекся нашептываниями Мельпомены. Лучше бы ему обратиться к самой жизни и черпать в ней полною горстью материалы для всевозможных рассказов, и веселых и печальных» («Новое время», 1884, № 3022, 28 июля).
Журнал «Наблюдатель» (1885, № 4, стр. 68–68) также напечатал сочувственную рецензию. Здесь о «Сказках Мельпомены» говорилось: «Автор этих рассказов придал им несоответственное название: все они взяты из мира театра, но к музе трагедии не имеют никакого отношения; их могла скорее передать муза комедии, веселая Талия, так как в них преобладает комический или юмористический элемент. Написаны эти рассказы недурно, читаются легко; содержание их и выведенные в них типы близки к действительной жизни».
В 1883 г. в Москве был издан юмористический сборник «Кукареку. Веселые и забавные рассказы, повести и стихотворения» — под ред. Трефового Короля (Л. И. Пальмина), где из журналов «Будильник» и «Москва» были перепечатаны, без участия автора, два рассказа Чехова: «Жизнь в вопросах и восклицаниях» и «Забыл!!».
В 1900 г. редакция петербургского журнала «Стрекоза» выпустила как «главную премию журнала» сборник «В мире смеха и шуток», куда вошли некоторые рассказы, стихи, юморески, карикатуры, увидевшие свет на страницах «Стрекозы». В их числе следующие рассказы и юморески Чехова, относящиеся к 1880 г.: «По-американски», «Папаша», «Перед свадьбой», «За яблочки», «Что чаще всего встречается в романах, повестях и т. п.?». Как показывает сопоставление текстов, это была простая перепечатка (рассказ «Папаша», выправленный Чеховым в 1882 г., здесь воспроизводился по журнальному тексту 1880 г.). Таким образом, сборники «Кукареку» и «В мире смеха и шуток» не могут считаться источниками текста.
Рассказы и юморески ранних лет, не публиковавшиеся при жизни Чехова и сохранившиеся в рукописях, собраны в разделе «Неопубликованное. Неоконченное». Здесь, в частности, впервые полностью помещена юмореска «Рекламы и объявления». Выяснено также, что пародийный «роман» «Тайны ста сорока четырех катастроф, или Русский Рокамболь», в предшествующих изданиях датированный 1884 г., в действительности относится к 1882 г.

Читать еще:  Почему автор считает гришу добросклонова счастливым. Срочно нужно,помогите! Кого Некрасов считает истинным счастливым и почему

Все рассказы и юморески, собранные в первом томе, появились в журналах и газетах 1880–1882 годов под псевдонимами или без подписи. Первая достоверно известная подпись Чехова в печати — «… въ» — находилась под «Письмом к ученому соседу». Затем широко применялся известный псевдоним «Антоша Чехонте» и его варианты: Антоша, Чехонте, Ан. Ч., Антоша Ч., Антоша Ч***, А. Чехонте, Дон Антонио Чехонте. Под некоторыми текстами стояли подписи: Человек без селезенки, Прозаический поэт, Г. Балдастов[101].
Готовя для книгоиздательства А. Ф. Маркса первое собрание своих сочинений, Чехов не смог разыскать всё, что было напечатано им за двадцать лет литературного труда, — своих «по всему свету разбросанных детищ». Некоторое число рассказов и юморесок, опубликованных под нераскрытыми псевдонимами или анонимно, затерялось на страницах журналов и газет конца 70-х — начала 80-х годов и не собрано до сих пор.
При подготовке этого тома были обследованы следующие издания 1877–1883 годов.
Журналы: «Стрекоза», «Будильник», «Осколки», «Иллюстрированный бес», «Зритель», «Свет и тени», «Мирской толк», «Москва», «Развлечение», «Русский сатирический листок», «Колокольчик», «Маляр», «Шут», «Фаланга» (Тифлис), «Гусли» (Тифлис), «Маяк» (Одесса), «Пчелка» (Одесса), «Добряк», «Эхо», «Ребус», «Нувеллист», «Нива», «Нева», «Иллюстрированный мир», «Огонек», «Природа и охота», «Россия», «Кругозор», «Детский отдых», «Родник».
Газеты: «Московский листок», «Минута», «Петербургский листок», «Газета А. Гатцука», «Суфлер», «Театр», «Азовский вестник», «Азовские слухи», «Таганрогский вестник», «Русский курьер», «Московская неделя», «Россия», «Русская газета», «Донская пчела», «Южный край», «Улей», «Порядок», «Светоч», «Свет», «Отголоски», «Гласность», «Рассвет».
Альманахи и сборники: «Незабудка», М., 1878; «Стрелок», М., 1878; «Комар», М., 1878; «Юла», М., 1878; «Весельчак-каламбурист», М., 1879; «Живые струнки», СПб., 1879; «Забавник», СПб., 1879; «Наши смехотворы» («Потешная библиотека»), СПб., 1879; «Радуга», М., 1879; «Репертуар веселья, забавы и смеха», М., 1879; «Сверчок», Одесса, 1879; Альманахи «Будильника» на 1879–1882 годы; «Сверчок», М., 1880; «Ворона в павлиньих перьях», М., 1880; «Скоморох», М., 1880; «Смехотвор, или Шуты гороховые», СПб., 1880; «Шут гороховый», Одесса, 1881; «Юморист», М., 1881; «Веселый попутчик», СПб., 1881; «Букет», СПб., 1881; «Чудеса московской выставки», СПб., 1882; «Ей, ей, умру от смеха», СПб., 1882; «Художественный альманах журнала „Свет и тени“», М., 1882; «Обломки», СПб., 1882; «Возбудитель удовольствий жизни, веселья, любви и счастья», М., 1883; «Кукареку», М., 1883; «Живая струна», СПб., 1883; «Муха», СПб., 1883; «Весельчак», СПб., 1883; «Забубенные головушки», СПб., 1883; «Матушкины сынки», СПб., 1883; «Медные лбы», СПб., 1883; «Фонарик», СПб., 1883; «Зубоскал», СПб., 1883; «Мотылек», Киев, 1883.
При обследовании проверялись: свидетельства о первом выступлении Чехова в печати; предположения об авторстве Чехова в спорных текстах; публикации приписываемого Чехову. Удалось обнаружить рассказы, юморески и стихотворения, принадлежащие, вероятно, Чехову (помещены в отделе «Dubia» тома XVIII). В том XVIII отнесены и 12 строк из № 30 журнала «Стрекоза» за 1880 г. («Комары и мухи»), предположительно выделяемые из всей 35-строчной публикации.
А. Пазухину запомнилось участие Чехова в альманахе «Иллюстрированный бес» (см. А. Измайлов. Чехов. М., 1916, стр. 84–85). В единственном увидевшем свет номере (М., 1880; экземпляр хранится в Государственной публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, Ленинград) воспроизведены гравированные рисунки Н. П. Чехова; сопровождающий их текст не подписан. По документам архива Московского цензурного комитета установлен автор стихов и фельетонов «Иллюстрированного беса» — Александра Урвановна Соколова, работавшая в малой прессе под псевдонимом «Синее домино» (прошение А. У. Соколовой от 13 мая 1881 г., ЦГАМ, ф. 31, оп. 3, ед. хр. 2250, л. 41).
Центральный гос. архив литературы и искусства (Москва) приобрел сохранявшиеся в бумагах книгоиздательства А. Ф. Маркса гранки — материал для дополнительных томов посмертного издания сочинений Чехова. На восемнадцати больших листах сделаны оттиски рассказов, юморесок и фельетонов 1881–1886 годов. В их числе входящие в настоящий том «И то, и се (Письма и телеграммы)», «Салон де варьете», «Темпераменты», «В вагоне»[102], «Свадебный сезон», «Философские определения жизни», «Встреча весны». Здесь же из журнала «Будильник» за 1882 год были перепечатаны три юморески: «Обиднейшие из заграничных уток», «К истории рекламы», «Женский костюм в Париже». Первая была опубликована в «Будильнике» с подписью А., две другие — без подписи. Анализ содержания и стиля этих юморесок приводит к выводу, что они не принадлежат Чехову.

Читать еще:  Леонид андреев краткая биография для детей. Краткая биография андреева леонида николаевича и его творчество

Онлайн чтение книги Рассказы; Повести; Пьесы Попрыгунья. Чехов антон павлович «антоша чехонте»

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 589 804
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 548 426

На свадьбе у Ольги Ивановны были все ее друзья и добрые знакомые.

– Посмотрите на него: не правда ли, в нем что-то есть? – говорила она своим друзьям, кивая на мужа и как бы желая объяснить, почему это она вышла за простого, очень обыкновенного и ничем не замечательного человека.

Ее муж, Осип Степаныч Дымов, был врачом и имел чин титулярного советника. Служил он в двух больницах: в одной сверхштатным ординатором, а в другой – прозектором. Ежедневно от девяти часов утра до полудня он принимал больных и занимался у себя в палате, а после полудня ехал на конке в другую больницу, где вскрывал умерших больных. Частная практика его была ничтожна, рублей на пятьсот в год. Вот и все. Что еще можно про него сказать? А между тем Ольга Ивановна и ее друзья и добрые знакомые были не совсем обыкновенные люди. Каждый из них был чем-нибудь замечателен и немножко известен, имел уже имя и считался знаменитостью, или же хотя и не был еще знаменит, но зато подавал блестящие надежды. Артист из драматического театра, большой, давно признанный талант, изящный, умный и скромный человек и отличный чтец, учивший Ольгу Ивановну читать; певец из оперы, добродушный толстяк, со вздохом уверявший Ольгу Ивановну, что она губит себя: если бы она не ленилась и взяла себя в руки, то из нее вышла бы замечательная певица; затем несколько художников и во главе их жанрист, анималист и пейзажист Рябовский, очень красивый белокурый молодой человек, лет двадцати пяти, имевший успех на выставках и продавший свою последнюю картину за пятьсот рублей; он поправлял Ольге Ивановне ее этюды и говорил, что из нее, быть может, выйдет толк; затем виолончелист, у которого инструмент плакал и который откровенно сознавался, что из всех знакомых ему женщин умеет аккомпанировать одна только Ольга Ивановна; затем литератор, молодой, но уже известный, писавший повести, пьесы и рассказы. Еще кто? Ну, еще Василий Васильич, барин, помещик, дилетант-иллюстратор и виньетист, сильно чувствовавший старый русский стиль, былину и эпос; на бумаге, на фарфоре и на законченных тарелках он производил буквально чудеса. Среди этой артистической, свободной и избалованной судьбою компании, правда деликатной и скромной, но вспоминавшей о существовании каких-то докторов только во время болезни и для которой имя Дымов звучало так же безразлично, как Сидоров или Тарасов, – среди этой компании Дымов казался чужим, лишним и маленьким, хотя был высок ростом и широк в плечах. Казалось, что на нем чужой фрак и что у него приказчицкая бородка. Впрочем, если бы он был писателем или художником, то сказали бы, что своей бородкой он напоминает Зола.

Артист говорил Ольге Ивановне, что со своими льняными волосами и в венчальном наряде она очень похожа на стройное вишневое деревцо, когда весною оно сплошь бывает покрыто нежными белыми цве-тами.

– Нет, вы послушайте! – говорила ему Ольга Ивановна, хватая его за руку. – Как это могло вдруг случиться? Вы слушайте, слушайте… Надо вам сказать, что отец служил вместе с Дымовым в одной больнице. Когда бедняжка отец заболел, то Дымов по целым дням и ночам дежурил около его постели. Столько самопожертвования! Слушайте, Рябовский… И вы, писатель, слушайте, это очень интересно. Подойдите поближе. Сколько самопожертвования, искреннего участия! Я тоже не спала ночи и сидела около отца, и вдруг – здравствуйте, победила добра молодца! Мой Дымов врезался по самые уши. Право, судьба бывает так причудлива. Ну, после смерти отца он иногда бывал у меня, встречался на улице и в один прекрасный вечер вдруг – бац! – сделал предложение… как снег на голову… Я всю ночь проплакала и сама влюбилась адски. И вот, как видите, стала супругой. Не правда ли, в нем есть что-то сильное, могучее, медвежье? Теперь его лицо обращено к нам в три четверти, плохо освещено, но когда он обернется, вы посмотрите на его лоб. Рябовский, что вы скажете об этом лбе? Дымов, мы о тебе говорим! – крикнула она мужу. – Иди сюда. Протяни свою честную руку Рябовскому… Вот так. Будьте друзьями.

Дымов, добродушно и наивно улыбаясь, протянул Рябовскому руку и сказал:

– Очень рад. Со мной кончил курс тоже некто Рябовский. Это не родственник ваш?

Читать еще:  К какой группе относятся марийцы. Всероссийский медиапроект "Российская нация" - все этносы России как неразделимые части единой Российской нации

Ольге Ивановне было двадцать два года, Дымову тридцать одни. Зажили они после свадьбы превосходно. Ольга Ивановна в гостиной увешала все стены сплошь своими и чужими этюдами в рамах и без рам, а около рояля и мебели устроила красивую тесноту из китайских зонтов, мольбертов, разноцветных тряпочек, кинжалов, бюстиков, фотографий… В столовой она оклеила стены лубочными картинами, повесила лапти и серпы, поставила в углу косу и грабли, и получилась столовая в русском вкусе. В спальне она, чтобы похоже было на пещеру, задрапировала потолок и стены темным сукном, повесила над кроватями венецианский фонарь, а у дверей поставила фигуру с алебардой. И все находили, что у молодых супругов очень миленький уголок.

Ежедневно, вставши с постели часов в одиннадцать, Ольга Ивановна играла на рояли или же, если было солнце, писала что-нибудь масляными красками. Потом, в первом часу, она ехала к своей портнихе. Так как у нее и Дымова денег было очень немного, в обрез, то, чтобы часто появляться в новых платьях и поражать своими нарядами, ей и ее портнихе приходилось пускаться на хитрости. Очень часто из старого перекрашенного платья, из ничего не стоящих кусочков тюля, кружев, плюша и шелка выходили просто чудеса, нечто обворожительное, не платье, а мечта. От портнихи Ольга Ивановна обыкновенно ехала к какой-нибудь знакомой актрисе, чтобы узнать театральные новости и кстати похлопотать насчет билета к первому представлению новой пьесы или к бенефису. От актрисы нужно было ехать в мастерскую художника или на картинную выставку, потом к кому-нибудь из знаменитостей – приглашать к себе, или отдать визит, или просто поболтать. И везде ее встречали весело и дружелюбно и уверяли ее, что она хорошая, милая, редкая… Те, которых она называла знаменитыми и великими, принимали ее как свою, как ровню и пророчили ей в один голос, что при ее талантах, вкусе и уме, если она не разбросается, выйдет большой толк. Она пела, играла на рояли, писала красками, лепила, участвовала в любительских спектаклях, но все это не как-нибудь, а с талантом; делала ли она фонарики для иллюминации, рядилась ли, завязывала ли кому галстук – все у нее выходило необыкновенно художественно, грациозно и мило. Но ни в чем ее талантливость не сказывалась так ярко, как в ее уменье быстро знакомиться и коротко сходиться с знаменитыми людьми. Стоило кому-нибудь прославиться хоть немножко и заставить о себе говорить, как она уж знакомилась с ним, в тот же день дружилась и приглашала к себе. Всякое новое знакомство было для нее сущим праздником. Она боготворила знаменитых людей, гордилась ими и каждую ночь видела их во сне. Она жаждала их и никак не могла утолить своей жажды. Старые уходили и забывались, приходили на смену им новые, но и к этим она скоро привыкала или разочаровывалась в них и начинала жадно искать новых и новых великих людей, находила и опять искала. Для чего?

В пятом часу она обедала дома с мужем. Его простота, здравый смысл и добродушие приводили ее в умиление и восторг. Она то и дело вскакивала, порывисто обнимала его голову и осыпала ее поцелуями.

– Ты, Дымов, умный, благородный человек, – говорила она, – но у тебя есть один очень важный недостаток. Ты совсем не интересуешься искусством. Ты отрицаешь и музыку и живопись.

– Я не понимаю их, – говорил он кротко. – Я всю жизнь занимался естественными науками и медициной, и мне некогда было интересоваться искусствами.

– Но ведь это ужасно, Дымов!

– Почему же? Твои знакомые не знают естественных наук и медицины, однако же ты не ставишь им этого в упрек. У каждого свое. Я не понимаю пейзажей и опер, но думаю так: если одни умные люди посвящают им всю свою жизнь, а другие умные люди платят за них громадные деньги, то, значит, они нужны. Я не понимаю, но не понимать не значит отрицать.

Все книги Чехов Антон Павлович «Антоша Чехонте»

Юмористические рассказы

  • 475

Полный текст — 0 стр., 02.08.2017

Сборник юмористических рассказов Чехова А.П. .

Большая книга о природе

  • 283
  • 1

Полный текст — 22 стр., 17.07.2017

В сборник вошли стихи и рассказы русских поэтов и писателей о нашей родной природе, а также русски.

Тысяча одна страсть, или Страшная ночь

  • 321

Полный текст — 1 стр., 15.02.2017

Рассказ «Тысяча одна страсть, или Страшная ночь» А.П. Чехова .

Салон де-варьете

  • 87

Полный текст — 1 стр., 15.02.2017

Рассказ «Салон де-варьете» А.П. Чехова .

По-американски

  • 69

Полный текст — 1 стр., 15.02.2017

Темпераменты (По последним выводам науки)

  • 274

Полный текст — 1 стр., 13.02.2017

Рассказ «Темпераменты» А.П, Чехова. Чехов Антон Павлович .

Русская новелла начала xx века

  • 247

Полный текст — 89 стр., 26.09.2016

В сборнике представлена новеллистика русских прозаиков самых различных направлений начала XX века.

Страх «Страшный» рассказ

  • 721
  • 1

Полный текст — 93 стр., 25.09.2016

В сборник «Страх» (книга первая) включены произведения всемирно известных отечественных и зарубежн.

Русская и советская фантастика (повести и рассказы)

  • 243

Полный текст — 143 стр., 08.09.2016

В настоящем сборнике представлены наиболее значительные произведения, написанные в жанре психолог.

Внимание! Сайт может содержать информацию, предна­значенную для лиц, дости­гших 18 лет.

Источники:

http://sheba.spb.ru/libra/4hov.htm
http://www.litmir.me/br/?b=72223&p=1
http://readli.net/avtor/%D1%87%D0%B5%D1%85%D0%BE%D0%B2-%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%BE%D0%BD-%D0%BF%D0%B0%D0%B2%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87-%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%BE%D1%88%D0%B0-%D1%87%D0%B5%D1%85%D0%BE%D0%BD%D1%82%D0%B5/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector