2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Содержание

Западноевропейская и русская литературы. Влияние западноевропейской литературы на русский символизм

Русский символизм как литературное течение

Рубрика: Филология, лингвистика

Дата публикации: 23.10.2017 2017-10-23

Статья просмотрена: 4986 раз

Библиографическое описание:

Кучеренко М. В. Русский символизм как литературное течение // Молодой ученый. — 2017. — №42. — С. 203-205. — URL https://moluch.ru/archive/176/46062/ (дата обращения: 13.02.2020).

Период конца XIX — начала XX вв. в русской литературе был назван «серебряным веком», временем ее яркого расцвета. Как и для всей русской жизни того времени, культуре «серебряного века» были присущи глубокие противоречия. В этот период в русской литературе появилось множество модернистских течений, самым первым и значительным из которых является символизм.

Символизм — направление в европейском и русском искусстве, возникшее на рубеже 20-го столетия, сосредоточенное на художественном выражении идей, которые находятся за пределами чувственного восприятия посредством символов. Представителей данного течения назвали символистами, они выражали тоску по духовной свободе, стремились прорваться сквозь видимую реальность к реальностям скрытым, пытались постичь идеальную сущность мира, его подлинную и вечную красоту [1, c. 26].

Возникновение русского литературного символизма происходило под влиянием западной поэзии: французской (Верлен, Рембо, Малларме), а также английской и немецкой, где символизм проявил себя десятилетием раньше. Кроме того, в произведениях русских символистов можно заметить отголоски философии Ницше и Шопенгауэра. Тем не менее, следует подчеркнуть, что представители русской символистской школы решительно отрицали свою принципиальную зависимость от западноевропейской литературы, желая отыскать свои корни в русской поэзии — в произведениях Фета, Тютчева и Фофанова [4, c. 43].

Значительное влияние на русских символистов оказал философ и поэт Владимир Соловьев, в учении которого было заложено представление, сложившееся под влиянием трудов древнегреческого философа Платона, о существовании двух миров: здешнего (земного) и потустороннего (высшего, совершенного, вечного). Идея поэта-философа о двух мирах — “двоемирии”, была глубоко усвоена символистами, в связи с этим среди них утвердилось представление о поэте как о маге, который обладает способностью приобщаться к потустороннему миру, ему дана сила прозрения, и все полученные тайные знания он стремится выразить в своем искусстве [2, c. 38].

Символистами была выработана собственная философию искусства и эстетические принципы, которые не были едиными, а представляли собой эклектическую смесь из различных дуалистических и субъективно-идеалистических концепций.

В России символизм развивался по двум основным направлениям, а именно:

  1. Символизм как художественное направление
  2. Символизм как миропонимание, мировоззрение, своеобразная философия жизни.

Необходимо подчеркнуть тот факт, что оба этих направления часто переплетались и перекликались между собой в поэзии многих крупнейших символистов. Особенно сложным переплетение этих линий было у Вячеслава Иванова и Андрея Белого с явным преобладанием второй линии [2, c. 39].

По особенностям мировоззренческой позиции и времени формирования в русском символизме принято выделять два основных этапа:

  1. Поэтов, дебютировавших в 1890-е годы, называют «старшими символистами» к ним относятся В. Брюсов, К. Бальмонт, Д. Мережковский, 3. Гиппиус, Ф. Сологуб и др.
  2. В 1900-е годы в символизм влились новые силы, существенно обновившие облик течения. Принятое обозначение «второй волны» символизма — «младосимволизм». Представителями «младшего символизма» были такие поэты как А. Блок, А. Белый, В. Иванов и др. «Старших» и «младших» символистов разделял не столько возраст, сколько разница мироощущений и направленность творчества, философия и эстетика символизма складывалась под влиянием различных учений — от взглядов античного философа Платона до современных символистам философских систем В. Соловьева, Ф. Ницше, А. Бергсона [3, c. 15].

Русский символизму было свойственно наличие широкой периферийной зоной, так как немало крупных поэтов, не числясь ортодоксальными адептами и не исповедуя ее программу, тем не менее, примыкало к символистской школе. К таким поэтам относились в частности Максимилиан Волошин и Михаил Кузмин. Воздействие символистов было заметно и на молодых стихотворцах, входивших в другие кружки и школы.

В 1910 году между мастерами символизма разгорелся спор, породивший ряд существенных теоретических формулировок, после которого символизм разделился на два лагеря — «эстетов» и «философов» («теургов»). Символизм изжил себя самого, и распад данного течения происходил по двум основным идеологическим причинам:

  1. Требование обязательной мистификации, “раскрытия тайны”, стремление к постижению бесконечного, что в конечном итоге привело к утрате подлинности поэзии, а стих оказался лишь, своего рода, мистическим трафаретом, шаблоном.
  2. Чрезмерное увлечение “музыкальной основой” стиха, что привело к созданию поэзии, которая была лишена всякого логического смысла, а слово утратило свою глубину, уподобилось звенящей жестяной побрякушке [4, c. 44].

Дискуссия, произошедшая между символистами в 1910 году, была воспринята не только как кризис, но и распад символистской школы, в которой произошла перегруппировка сил, ее расщепление. В 1910-х. годах ряды молодое поколение покинуло символистов, образуя объединение акмеистов, которые противопоставили себя символистской школе. Футуристическое течение также обрушило на символистов град насмешек и издевательств, шумно выступая на литературной арене. Кроме того, протест против символизма нашел свое выражение в творчестве поэтов, не примыкавших ни к акмеизму, ни к футуризму, но выступавших своим творчеством в защиту ясности, простоты и прочности поэтического стиля. Позднее Брюсов писал, что в те годы символизм лишился динамики, символистская школа “застыла в своих традициях, отстала от темпа жизни”, пришла в упадок и не давала новых имён. Среди историков литературы нет единого мнения на счет даты окончательного падения символистской школы, одни обозначают его 1910 годом, другие — началом двадцатых [3, c. 16].

Несмотря на противоречивые взгляды со стороны множества критиков, следует отметить, что символизм обогатил русскую поэтическую культуру, привнес в нее множество новшеств. Благодаря символистской школе для русской поэзии стала характерной способность открытия в слове дополнительных оттенков и граней смысла, поэтическое слово приобрело прежде неведомую подвижность и многозначность, расширились ритмические возможности русского стиха, строфика стала более разнообразной. Особенно плодотворными оказались поиски представителей символистского течения в сфере поэтической фонетики: мастерами выразительного ассонанса и эффектной аллитерации были К. Бальмонт, В. Брюсов, И. Анненский, А. Блок, А. Белый.

Читать еще:  Иешуа га ноцри цитатная характеристика. Cочинение «Образ Иешуа в романе «Мастер и Маргарита

Таким образом, символизм как течение дало множество превосходных стихотворений, которые навсегда останутся в сокровищнице русской поэзии и найдут своих почитателей среди последующих поколений.

  1. Басинский П. Федякин С. Русская литература конца ХIХ — начала ХХ века. — М., 1998. –С. 26.
  2. Ермилова Е. Теория и образный мир русского символизма. — М., 2003. — С. 38–39.
  3. Пайман А. История русского символизма. — М., 2001. — С. 14–16.
  4. Поэтические течения в русской литературе конца ХIХ — начала ХХ века. Литературные манифесты и художественная практика: Хрестоматия /Сост. А. Соколов. — М., 2002. –С. 43–44.

Символизм в русской поэзии

Становление символизма в русской поэзии

Период с конца 19 до начала 20 века стал временем яркого расцвета русской литературы. Этот период получил название «серебряного века» русской литературы. Так же, как и всей жизни русского общества того времени, русской культуре были свойственны глубокие противоречия. В этот период времени в русской литературе возникло множество модернистских течений, одним из которых является символизм. Символизм был самым первым модернистским течением и самым значительным.

Символизмом называется направление в искусстве, которое возникло на рубеже 20-г века и было сосредоточено на художественном выражении идей, находящихся за пределами чувственного восприятия, посредством символом.

Представителей этого течения называли символистами. Символисты выражали тоску по духовной свободе. Они находились в поиске идеальной сущности мира, его подлинной, вечной красоты.

Становление символизма в русской литературе происходило под воздействием западной поэзии, где символизм появился гораздо раньше. Однако, необходимо отметить отрицание русскими символистами принципиальной зависимости от западноевропейской литературы. Представители русского символизма пытались отыскать корни в отечественной поэзии, в стихах Тютчева, Фета и Феофанова.

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Большое влияние на русских символистов оказал поэт и философ В. Соловьев. В его учении было заложено представление о том, что существует два мира – земной и высший. Это представление сложилось под влиянием Платона, древнегреческого философа. Эта идея была принята символистами, поэтому они представляли поэта как некоего мага, обладающего способностью приобщаться к высшему миру, наделенного силой прозрения. Полученные таким образом тайные знания поэт-символист стремится воплотить в своем творчестве.

Символисты выработали свою философию искусства и собственные эстетические принципы. Эти принципы не являлись едиными, они представляли собой эклектическую смесь, состоящую из разных субъективно-идеалистических и дуалистических концепций.

Развитие символизма в России происходило по двум главным направлениям:

  • символизм как мировоззрение, как философия жизни
  • символизм как художественное направление.

Эти два направления в поэзии многих известных символистов часто пересекались и переплетались. Особенно это заметно в творчестве Андрея Белого и Вячеслава Иванова.

Задай вопрос специалистам и получи
ответ уже через 15 минут!

Исходя из особенностей мировоззренческой позиции и времени возникновения, в отечественном символизме выделяют две волны:

  • «старшие символисты», к которым относятся поэты, дебютировавшие в 1890 годы – В. Брюсов, З. Гиппиус, К. Бальмонт, Ф. Сологуб, Д. Мережковский и другие
  • «младосимволизм» — 1900-е годы. К представителям «младосимволизма» относятся А. Блок, В. Иванов, А. Белый и т.д.

Символистов этих периодов разделял не столько возраст, сколько разница в понимании мира, мироощущении и направленности творчества. Эстетика и философия символизма формировались под воздействием разных учений, начиная от взглядов древнегреческого философа Платона заканчивая философскими системами Ф. Ницше, В. Соловьева.

Характерной чертой русского символизма является наличие широкой периферийной зоны. Это связано с тем, что к символистской школе примыкало достаточно много крупных поэтов, которые не являлись ортодоксальными последователями этого направления и не исповедовали ее программу. Среди таких поэтов Михаил Кузьмин и Максимилиан Волошин.

Падение символистской школы

Символизм оказывал воздействие и на молодых поэтов, которые входили в другие кружки и относились к другим школам. В 1910 году между представителями символизма возникли противоречия, которые привели к возникновению ряда теоретических формулировок, в результате чего символизм разделился на два течения – «философов» и «эстетов».

Таким образом, символизм себя изжил, и начался процесс распада этого течения, который происходил по двум причинам:

  • требование обязательной мистификации и раскрытия тайны. Это привело к утрате подлинности поэзии. Стремление к постижению бесконечного привело к тому, что стих стал всего лишь мистическим шаблоном
  • чрезвычайное увлечение музыкальной основой стиха. Это привело к тому, что поэзия лишилась логического смысла, потеряло свою глубину.

Все это привело к тому, что в 1910-х годах поколение молодых поэтов покинуло ряды символистов и образовало объединение акмеистов, которое стало противопоставлением школе символизма. Направление футуризма тоже высмеивало принципы символизма, наделав много шума на литературной арене.

Протест против символизма выражался и в творчестве поэтов, которые не относили себя ни к футуристам, ни к акмеистам, но выступали в рамках своего творчества в защиту простоты, ясности и прочности поэтического стиля. Символизм в этот период лишился своей динамики, а символистская школа застряла в своих традициях и отстала от темпа меняющейся жизни, что привело к ее упадку. Символизм в эти годы не дал новых имен. Однако насчет даты окончательного крушения символистской школы среди историков литературы не существует единого мнения. Одни считают, что падение школы символизма произошло в 1910 году, другие – что в начале 1920-х годов.

Несмотря на противоречивость взглядов со стороны большого числа критиков, необходимо отметить вклад, который внес символизм в русскую поэтическую культуру. Он ее обогатил, принес огромное количество новшеств. Именно благодаря символистской школе русская поэзия получила характерную способность к открытию в слове новых оттенков и граней смысла. Поэтическое слово благодаря символизму приобрело многозначность и подвижность, которые до этого были неведомы. Ритмические возможности русского стиха расширились, а строфика стала гораздо более разнообразной. А поиски представителей данного течения в области поэтической фонетики оказались особенно плодотворными. Таким образом, символистское течение дало литературе огромное множество превосходных произведений, которые пополнили сокровищницу русской поэзии и которые будут почитаемы представителями следующих поколений.

Так и не нашли ответ
на свой вопрос?

Просто напиши с чем тебе
нужна помощь

Взаимодействие русской и западноевропейских литератур конца XVIII-начала XIX веков Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Никитина И.Н.

В статье освещаются основные аспекты литературного взаимодействия русской и западноевропейских литератур на рубеже 18-19 веков. Рассматриваются историко-литературные процессы, повлиявшие на развитие эстетики предромантизма в русской литературе.

Читать еще:  Мандзони алессандро - обрученные - читать бесплатно электронную книгу онлайн или скачать бесплатно данную книгу. Алессандро мандзони - обрученные - читать книгу бесплатно

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Никитина И.Н.

INTERACTION OF RUSSIAN AND WEST EUROPEAN LITERATURES OF THE END OF THE XVIIITH — THE BEGINNING OF THE XIXTH CENTURIES

The article covers the main aspects of literary interaction of Russian and West European literatures at the turn of the 18th-19th centuries. The historico-literary processes which influenced the development of the esthetics of Preromanticism in Russian literature are considered.

Текст научной работы на тему «Взаимодействие русской и западноевропейских литератур конца XVIII-начала XIX веков»

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ РУССКОЙ И ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ ЛИТЕРАТУР КОНЦА XVШ-НАЧАЛА XIX ВЕКОВ

В статье освещаются основные аспекты литературного взаимодействия русской и западноевропейских литератур на рубеже 18-19 веков. Рассматриваются историко-литературные процессы, повлиявшие на развитие эстетики предромантизма в русской литературе.

Ключевые слова: Проза, драматургия, сентиментализм, предромантизм, роман, герой, образ

Русская литература XVIII века развивалась и обогащалась в широком международном общении. Переходный от классицизма к романтизму период характеризовался большим интересом к западноевропейским литературам, из которых русские писатели брали то, что было необходимо и полезно для развития свободного художественного творчества. Качество новизны и глубина своеобразия национальной литературы во многом зависели от взаимодействия русской литературы с литературами европейскими.

Большую роль в приобщении Русской литературы к мировым идеям, сюжетам и образам сыграла драматургия В. Шекспира, поэзия Э. Юнга, Д. Томсона, Т. Грея, творчество Л. Стерна, Ж.-Ж. Руссо, И.В. Гете, И.Г. Гердера, Ф. Шиллера.

Из английских прозаиков наибольшей популярностью пользовался Л. Стерн, автор романов «Жизнь и мнения Тристрама Шенди» (1759-1762), «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии» (1768). Стерном интересовались как создателем жанра сентиментального путешествия, как писателем, способным широко охватить внутренний мир человека, умеющим при этом показать своеобразие его внутренних переживаний, когда возвышенное и обыденное, героическое и низменное, доброе и злое причудливо сочетаются в человеке и дают выход его страстям. Художественные открытия Стерна были усвоены европейскими литературами, в том числе и русской литературой.

Наибольшую популярность в России Стерн получил в начале XIX в., когда были изданы «Красоты Стерна или собрание лучших эго патетических повестей и отличнейших замечаний, на жизнь для чувствительных сердец» (М., 1801) и когда появились многочисленные подражания Карамзину и «Путешествию» Стерна (Шаликов, Измайлов и др.) и как отпор крайностям сентиментализма — комедия А.А. Шаховского «Новый Стерн» (1805). Карамзин также был одним из поклонников английского писателя. Это проявилось в его первом романе «Письма русского путешественника» (1791-1792) и в автобиографической повести «Рыцарь нашего времени».

Особенно сильное воздействие на Карамзина оказала немецкая литература. Поэзия Шиллера, Гете и представителей «Бури и натиска» в оригиналах и переводах была хорошо известна в России во второй половине XVIII века. Немецкие литераторы Ф.М. Клингер и Я. Ленц жили и творили в России. От немецкого предромантизма к русскому протянулись живые нити. Предпочитая немецкую литературу французской, Карамзин начал знакомство с нею еще в Москве, в конце 70-х гг. благодаря «Дружескому ученому обществу» Н.И. Новикова. Многое Карамзин узнал о культурной и литературной жизни Европы благодаря своему путешествию в 17891790 г. по Германии, Швейцарии, Франции и Англии. Из немецких писателей того времени большое влияние оказали на него Х.М. Виланд («История Агатона») и Г.Э. Лессинг («Эмилия Галотти»).

Предромантические тенденции в мировоззрении и творчестве у Карамзина проявляются в конце 80-х гг. Как предромантик он потерял в то время веру в сентименталистские концепции мировой гармонии и «золотого века» человечества. Природа в миросозерцании писателя из сочувствующей человечеству превращается в роковую, то созидающую, то разрушающую силу; человек — лишь игрушка страшных стихийных сил. Законы общества перестали находиться в гармоничном сочетании с законами природы, они теперь противостоят им. Все это и пытался показать Карамзин в своей овеянной романтикой оссиановского Севера повести «Остров Борнгольм» (1794). Один из существенных признаков предромантизма — утонченное чувство природы и как следствие его -«пейзажная живопись» в художественных произведениях. Под влиянием Руссо, Стерна, Юнга, Томсона и Грея «пейзажная живопись» проявляется и в произведениях Карамзина («Письма русского путешественника», «Весеннее чувство», «К соловью», «Лилия», «Протей, или Несогласие стихотворца», «Деревня»). В отличие от героя произведений сентиментализма герой литературы предромантизма не принимает жизненный порядок вещей таким, как он есть. Этот герой-бунтарь по природе, героическое и обыденное, доброе и злое причудливо сочетается в нем, как в героях драм Шиллера. Новый герой для русской литературы был открыт в предромантических поэзии и прозе Карамзина 1789-1793. В романе «Письма русского путешественника», в повестях «Бедная Лиза», «Наталья, боярская дочь», «Остров Борнгольм», «Сиерра-Морена», «Юлия» Карамзин значительно расширил возможности русской литературы, обратившись к раскрытию богатой духовной жизни внутреннего мира человека, его «Я». К середине 90-х гг. Карамзин меняет свои идейные и художественные позиции: он отходит от предромантизма и обращается к сентиментализму.

Воздействие западноевропейской литературы испытывает и А.Н. Радищев. Во время следствия над ним

Вестник Брянского госуниверситета. 2016(1)

писатель признавался, что на создание «Путешествия из Петербурга в Москву» повлиял, кроме Гердера и Рей-наля, еще и Стерн в немецком переводе [Бабкин, 1957, 167]. Образы Йорика и Путешественника роднят гуманное настроение и горячее сочувствие к обездоленным; эпизод встречи Путешественника со слепым певцом на станции Клин напоминает эпизод встречи Путешественника Йорика с монахом Лоренцо. Радищев спорит со Стерном, отвергает деистическую систему морали английских писателей-сентименталистов, что ясно проявилось в главе из «Путешествия», называемой «Едрово».

Различий между «Путешествиями» Стерна и Радищева гораздо больше, чем сходства. По жанру они совершенно разные. «Путешествие» Радищева ближе к сатире, политическому памфлету. Смех Стерна, который, по выражению Т. Карлейля, «печальнее слез», не нашел отклика у А.Н. Радищева.

Абсолютно очевидно влияние идей Гердера на литературный процесс России. Радищев первым упомянул Гердера в своем «Путешествии из Петербурга в Москву» в главе «Торжок», к Гердеру восходили и оценки русских народных песен и истоков русского характера в главах «София» и «Зайцово», также мнения о роли языка в обществе в главе «Крестьцы». Органическое усвоение идей Гердера Радищевым подтверждается всем творчеством автора «Путешествия», в котором философия истории неотделима от теории народной революции. К Гер-деру обращались и Державин, и Карамзин, который встречался с Гердером, переводил отдельные его сочинения в 1802-1807 гг., но далеко не во всем соглашался с немецким мыслителем.

Читать еще:  Статья гончарова мильон терзаний читать краткое содержание. Мильон терзаний (Гончаров)

Не осталась без внимания в России и творческая деятельность классиков немецкой литературы Гете и Шиллера. До 1820 г. Гете был известен в России по преимуществу как автор «Страданий молодого Вертера», типично предромантического произведения, переведенного в первый раз на русский язык в 1787 г. В конце XVIII — начале XIX в. Вертера часто вспоминали, это произведение часто цитировали, ему подражали (например, Радищев в главе «Клин» своего «Путешествия», Карамзин в «Бедной Лизе»). Популярностью пользовались и лирическая поэзия Гете.

О Ф. Шиллере и его творчестве в России узнали во второй половине 1780 гг. Драмы Шиллера «Разбойники», «Заговор Фиеско», «Коварство и любовь», «Мария Стюарт», «Дон Карлос», «Вильгельм Телль» сыграли заметную роль в становлении нового «романтического» театра в России. Наряду с другими явлениями предро-мантизма воспринималось и все новое, что несла с собой драматургия Шиллера. Шиллером зачитывались в России.

Рассмотрение взаимодействия русской литературы с литературами европейскими можно продолжать и далее. Их влияние на русскую литературу бесспорно.

The article covers the main aspects of literary interaction of Russian and West European literatures at the turn of the 18th-19th centuries. The historico-literary processes which influenced the development of the esthetics ofPreromanticism in Russian literature are considered.

Keywords: Prose, dramatic art, Sentimentalism, Preromanticism, novel, hero, image

1. Берков П.Н. Основные вопросы изучения русского просветительства // Проблема русского просвещения в литературе XVIII века. М., Л., 1961. С. 26.

2. История русской литературы: В 10 т. Т. 4, М.-Л., 1947

3. Бабкин Д.С. Процесс А.Н. Радищева. М.-Л., 1957

4. Луков В.А. Предромантизм. М., 2006

5.Пашкуров А.И Категория возвышенного в поэзии русского сентиментализма и предромантизма: Эволюция и типология. Казань, 2004.

6.Пашкуров А.Н., Разживин А.И. История русской литературы XVIII века: Учеб. для студентов высших учебных заведений: в 2 ч. — Елабуга: ЕГПУ. -2010. — ч.1.

7. Макогоненко Г.П. Радищев и его время. М., 1956

Никитина И.Н. — кандидат филологических наук, доцент кафедры русской, зарубежной литературы и массовых коммуникаций Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровского, kafedra338@mail.ru

СТРУКТУРА МОТИВА ИНИЦИАЦИИ В ПРОЗЕ О ПЕРВОЙ И ВТОРОЙ МИРОВЫХ ВОЙНАХ

Статья посвящена сравнительному анализу структуры мотива инициации в произведениях о Первой и Второй мировых войнах. Выделяется и рассматривается ядерно-периферийная мотивная модель в произведениях Эриха Марии Ремарка, Ричарда Олдингтона, Эрнеста Хемингуэя и Виктора Некрасова. Перемещение мотива из ядра на периферию и наоборот позволяет говорить о сюжетообразующей функции мотива в произведениях писателей. Определенные типологические схождения проявляются и на пространственно-временном уровне. Наличие общих особенностей разных уровней текста (композиционного, мотивно-тематического и пространственно-временного) у писателей немецкой, американской, английской и русской литератур позволяет сделать вывод о типологической общности мотивных структур рассматриваемых структур. Ключевые слова: мотив инициации, сравнительное литературоведение, военная проза, композиция, сюжет, художественное пространство.

Мотив инициации и его роль в структуре художественного текста рассмотрены В.Я. Проппом в его книге «Морфология сказки». Пропп утверждал, что структура фабулы волшебной сказки отражает процесс инициации (в качестве примера он обращался к тотемическим инициациям). Однако не только в основе фабулы сказки лежит этот мотив. При рассмотрении мотивной структуры военной прозы нами был выявлен набор мотивов, аналогичный анализируемому Проппом в его «Морфологии».

В представленной статье рассматривается мотив инициации в структуре военной прозы1.

В традиционном смысле инициация — это обряд, относящийся к какой-либо определенной стадии культуры. В психологическом смысле инициация2, по выражению М. Элиаде, — «внеисторическое архетипическое поведение психики». Во многих случаях инициации сопровождаются сложными психологическими и физическими испытаниями. По окончании инициации проводятся очистительные обряды. Как правило, вновь посвя-щённый получает определённые знаки отличия, подчёркивающие социальную грань между инициированными и неинициированными.

В основе нашей модели лежит традиционный (трехчастный) сценарий инициации, согласно которому инициируемый удаляется от людей, подвергается смерти-трансформации, возрождается уже другим человеком. Материалом стала проза о Первой мировой войне: три романа о Первой мировой войне («На Западном фронте без перемен» Э.М. Ремарка, «Смерть героя» Р. Олдингтона и «Прощай, оружие!» Э. Хемингуэя), а также повесть В. Некрасова «В родном городе» о Второй мировой войне.

Итак, первый этап, удаление от людей, соответствует этапу взросления, или подготовительному этапу. Второй — фронтовым будням и третий — возрождению. Каждый из этапов имеет собственные характеристики на разных уровнях текста: композиционном, мотивно-тематическом и пространственно-временном. Рассмотрим первый из этапов более подробно.

I. Композиционный уровень.

Следует отметить, что этот этап представлен в тексте по-разному. Наиболее полную картину взросления и воспитания мы можем найти у Ремарка и Олдингтона. Оба автора подробно описывают взросление центрального персонажа, его духовный мир, семейные отношения, друзей и др. Объяснением этому может служить задача, которую сами писатели поставили перед собой при написании произведений. Ведь и Ремарк ,и Олдингтон не просто создавали текст о Первой мировой войне — они пытались обнаружить и объяснить причины трагедии. У Хемингуэя (как и у Некрасова), в отличие от Ремарка и Олдингтона, даётся крайне скупая информация о молодых годах героя (детстве и юношестве). Это может быть интерпретировано следующим образом. Если Ремарку и Олдингтону необходимо показать становление мировоззрения героя — от поддержки государственной политики и войны до полного отрицания, то у Хемингуэя и Некрасова задача была совершенно другой. Америка и не выступала в качестве агрессора, как Германская империя, и не была активным участником боевых действий с первых дней, как Англия. Поэтому Фредерик Генри Хемингуэя — это герой одиночка, он не является одним из многих, как Пауль Боймер Ремарка или Джордж Уинтерборн Олдингтона. Его участие в военных действиях -это его личный выбор, который продиктован внутренними убеждениями. Именно поэтому читателю не так важно знать о его прошлом: об увлечениях детства и юности, о семье и друзьях. Главное — осознать травму, которую нанесла сама война, понять мотивы его отказа сражаться на фронте и сознательное бегство с передовой. Керженцев же исполняет свой долг, выступает защитником родины, поэтому Некрасов акцентирует внимание на настоящем герое, давая лишь редкие аллюзии на его прошлое.

1 Стоит отметить, что военная поэзия о Второй мировой войне уже подвергалась анализу с точки зрения обряда инициации [см.: 2]. Творчество Ремарка и Олдингтона также подвергалось анализу [см.: 8, 9].

2 Определенный интерес представляет статья Р. Ефимкиной «Три инициации в «женских» волшебных сказках» [3], в которой представлена интерпретация обряда в психологическом аспекте.

Источники:

http://moluch.ru/archive/176/46062/
http://spravochnick.ru/literatura/russkaya_literatura/simvolizm_v_russkoy_poezii/
http://cyberleninka.ru/article/n/16787131

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector