Теория литературы как наука: предмет изучения, методы, законы. История и теория литературы

Теория литературы как наука: предмет изучения, методы, законы. История и теория литературы

Теория литературы как наука: предмет изучения, методы, законы;

Сюжет в прозе и поэзии, основные элементы сюжета

Структура сюжета. Сюжет состоит из следующих элементов: 1)пролог (замечания автора о том, что он будет рассказывать). 2) экспозиция (вводит читателя в историю, автор предлагает истории, в которых будут развиваться условия) Нет, как такового действия. 3) завязка(происходят столкновения героев с какой-то проблемой). 4) кульминация (наивысшая точка развития, центральный конфликт). 5) развязка(решение конфликта, возвращение к обычной жизни). 6) эпилог (последняя часть не связанная с основным событием, подводит авторские итоги).

Сюжет в поэзии строится иначе, чем в прозе, — свободно, ассоциативно, непоследовательно. Начиная стихотворение, поэт может не знать, о чем пойдет речь в следующий миг.

Теория литературы вырабатывает систему научных понятий о художественной литературе, обеспечивая строго научное исследование и систематизацию конкретно-научных явлений.

Содержание теории литературы:

1) специфика литературы как вида искусства

2) место литературы в общественной и личной жизни человека

3) специфика художественного образа. Как создается художественный образ.

4) литературные роды и жанры

5) типы художественного содержания (трагическое, комическое, героическое, ВЫСОКОЕ, низкое, ЖАЛКОЕ и т.д.)

6) литературные направления, течения и стили.

Предмет теории литературы.

Теория литературы занята общими закономерностями литературного движения и в первую очередь – творчеством писателей. Предметом теории литературы являются законы и механизмы функционирования художественных текстов, художественной литературы.

Теория литературы — теоретическая часть литературоведения, входящая в литературоведение наряду с историей литературы и литературной критикой, опирающаяся на эти области литературоведения и вместе с тем дающая им принципиальное обоснование. С другой стороны, теория литературы ближайшим образом связана с философией и эстетикой. Разработка таких вопросов, как вопрос о сущности познания действительности, следовательно, и поэтического ее познания и т.д. Теория литературы изучает природу поэтического познания действительности и принципы его исследования (методология), а также исторические его формы (поэтика). Деление проблем теории литературы на проблемы методологии и поэтики условно, так как любой вопрос формы, структуры литературного произведения может быть поставлен и чисто методологически (напр. общая постановка вопроса о функции ритма, стиха, фоники и пр. в лит-ом произведении и т. п.), и в плоскости поэтики.

Сфера теории литературы – максимально широкие обобщения (сущность художественной природы, реальность). Поэтика – учение о литературном произведении, его составе, структуре и функциях, а также о родах и жанрах литературы.

Научная природа литературоведения.

Разнобой мнений, позиций, точек зрений учёных закономерен, и, надо полагать, неустраним в принципе, ибо понимание сущности литературного творчества во многом зависит от той культурно-исторической ситуации, в которой оно возникло и получило обоснование, и, конечно же, от мировоззренческой ориентации литературоведов, которая бывает самой разной.

При этом многие теории, склонные спорить с предшествующими, ориентируются на локальный художественный опыт, являясь программным обоснованием практики определённой литературой школы (направления), защищая и манифестируя некую творческую новацию.

Научная сторона – например, изучение памятников литературы, на помощь им приходят вспомогательные дисциплины, также определение генезиса произведений. Но определение генезиса литературных произведений неотделимо от анализа художественных особенностей, от установления структурных особенностей литературных фактов и внутреннего существа литературного произведения.

Но установлением генезиса и художественных особенностей литературных фактов не исчерпывается работа литературоведа. Весь анализ литературного факта и его генезис должны служить цели установления функции литературного факта.

Лит-ое произведение воздействует прежде всего на творчество писателей, современных ему или пришедших в литературу в последующий период.

Тема 1. Введение. Теория литературы как наука

Курс «Основы теории литературы» в системе университет­ского обучения студента-журналиста. Задачи курса: знакомство с теорией литературы, его структурой, с системой понятий, терминологи­ей, научными подходами к художественному произведению и лите­ратурному процессу. Необходимость овладения принципами анализа произведения в его художественной целостности для научной, редакторской, критической деятельности и работе в СМИ специалиста-журналиста.

Теория литературы – филологическая наука о сущности, проис­хождении и развитии художественной словесности как вида ис­кусства. Место теории литературы в структуре (системе) гуманитарного знания. Ее взаимодействие с лингвистикой, риторикой, искусствознанием, эстетикой, культурологией, общественной историей, а также с со­циологией, психологией, религиоведением, семиотикой. Проблема точности знания и трудности терминологии в теории литературы. Историческая изменяемость литературоведческой терминологии и неоднозначное истолкование терминов в различных научных шко­лах.

Теория литературы – дисциплина, которая систематизирует по­нятия о специфике художественной литературы, об особенностях ее содержания и формы в их историческом развитии, о целостности художественного произведения и его функционировании, о литера­турном процессе.

Поэтика в составе теории литературы как наука об изобрази­тельно-выразительных средствах и о строении литературных произ­ведений: общая поэтика (исследование языка литературно-художественного высказывания и принципов «литературности» текста в их звуковом, словесном, образном строении, «механизма» их порождения), историческая поэтика (рассмотрение эволюции поэтических форм в связи с эволюцией художественного сознания), частная или функциональная поэтика (описание организации элементов отдельного художественного произведения как целостной системы). Их отличие от нормативной поэтики и риторики. Соотношение теории и истории литературы.

Методологические проблемы литературоведения, обусловлен­ные предметом его изучения: понимание специфической природы, генезиса, закономерностей исторического развития и общественного значения художественной словесности как вида искусства. Истоки литературоведческой методологии в истории мировой эстетики и литературной критики.

Различие между методологией науки и методиками анализа ли­тературных явлений. Разнообразие научных направлений и школ в современной науке о литературе; влияние на нее лингвистики, се­миотики, психоанализа, кибернетики. Традиционные и нетрадици­онные подходы к литературно-художественным произведениям. Методы и приемы анализа литературного произведения. Ана­лиз художественной литературы методами других гуманитарных наук (социологии, культурологии, истории, психологии, лингвисти­ки) и его недостаточность для целостного объяснения литературного произведения как феномена художественности. Системность и исто­ризм – основополагающие принципы литературоведения. Соотно­шение детерминизма и имманентности в изучении литературных явлений.

Тема 2. Происхождение искусства


Опорные понятия: Происхождение искусства. Виды искусства. Искусство в системе культуры. Специфика искусства и его предмет. Художественный образ. Место литературы в ряду других искусств. Предмет теории литературы. Литературная критика как синтез науки, искусства и публицистики.

Читать еще:  Как можно отключить чулки от колготок. История вощникновения колготок. Чулочно-колготная история и правила выбора изделий.

Искусство – особая сфера человеческой культуры. Три значения слова «искусство» в русском языке, их истоки. Искусство как худо­жественное творчество («художество») – специфически созидательная деятельность, удовлетворяющая эстетическим потребностям людей. Эстетические категории и система основных понятий науки о литературе. Эстетическое совершенство (красота) произведений прикладных и изящных искусств, специфика красоты в каждом виде искусства.

Декоративно-прикладные искусства, совмещающие практиче­ские (утилитарные) и эстетические цели.

Изящные искусства – относительно самостоятельная сфере ду­ховной культуры, специфическая форма самосознания человечества и художественного освоения им действительности.

Образная природа искусства. Термин «образ» в философии, психологии, лингвистике, искусствознании. Двойственная природа художественного образа как формально-содержательной категории, отражающей эстетические свойства мира в их конкретно-чувственном многообразии. Единство «предметного» и «идеального» в художественном образе как универсальное свойство всех видов изящных искусств (живописи, музыки, скульптуры, пантомимы, ли­тературы и других). «Самодостаточность» образов искусства в отли­чие от других видов образности, имеющих вспомогательное значе­ние иллюстрации (научной, рекламной, публицистической) и факто­графии (мемуарной, документальной).

Своеобразие коммуникативной функции искусства; художественное произведение как «диалог с каждым, стоящим перед ним человеком» (Гегель). Внутреннее родство акта творчества и восприятия. Значение ис­кусства, обогащающего опыт конкретно-чувственного общения лич­ности с миром, для развития его миросозерцания и целостного нрав­ственного самоопределения.

Происхождение искусства из первобытного синкретического творчества. Его связь с ритуалом, магией, мифологией (их общность и различия в принципах образного освоения действительности). Роль мифологем в развитии художественной образности. Искусство как создание новых («культурных») мифов. Искусство и игра (Аристотель, Ф.Шиллер, Й. Хейзинга об игровом начале в искусст­ве). Искусство и пограничные сферы духовной культуры, их взаимо­влияние. Дидактическое и религиозное искусство. Документ в ис­кусстве. Историческое изменение функций искусства по мере его ста­новления и развития. Искусство как отражение общественной жизни и средоточие гуманистической культуры, выражение «глубочайших человеческих интересов» (Гегель). Жизнь художественных произве­дений в веках.

Виды искусства, их классификация. Экспрессивные и пластиче­ские начала в фактуре художественного образа, их смысловое значе­ние. Взаимонезаменимость и самоценность видов искусства. Место художественной литературы в их ряду. Трактат Лессинга о границах живописи и поэзии.

Тема 3. Художественный образ. Образ и знак

Образ и знак, модель, схема. Подвижность границ между ними. Образ – представление – понятие.

Специфический обобщающий и ценностный смысл художе­ственного образа. Его целостность. Понятие художественности (совершенства) как специфического свойства произведения ис­кусства.

Роль творческой фантазии автора в создании художественного образа. Первичная условность и экспрессивность образов искусства, обращенных к личному эмоциональному воображению и рассчитан­ных на «сотворчество» читателя, зрителя, слушателя.

Тема 4. Литература как вид искусства

Художественная литература – искусство слова. Своеобразие ее «материала».

Эстетические свойства звучащего слова; его «музыкальность». Интонационная экспрессивность и ритмичность художественной речи как факторы эстетического впечатления. «Магия слов».

Знаковость слова, его «невещественность» (Лессинг). Отсут­ствие наглядности и конкретно-чувственной достоверности в словес­ном изображении. Преодоление знаковости слова в художественной речи; ее обращенность к «внутреннему оку» (Н. Гоголь) читателя. Ассоциативность словесного образа. Трудности перевода литера­турных произведений на другие национальные языки.

Литература как временное искусство, воспроизводящее явления жизни в их развитии. Изобразительно-экспрессивные и познаватель­ные возможности речи. Ее способность воссоздавать как «внесловесную» действительность, так и речевую деятельность лю­дей, как внешние стороны жизни человека, так и его духовный мир (чувства, раздумья, переживания мировоззренческого характера в их смысловой конкретности). Воспроизведение устных и письменных высказываний, мыслительных процессов – уникальное свойство искусства слова. Воссоздание словом вымышленной «художественной реальности», «внутреннего мира» (Д. Лихачев) произведения как сре­доточия образного его смысла.

Литература как отражение действительности, форма ее художе­ственного познания, осмысления, оценки, претворения. Аристотель о поэзии как искусстве «мимесиса», подражающем не тому, что было, но что «возможно». Универсальный охват жизни в ее динамике, об­щественных и частных конфликтах, связанных с ними событий и поступков, целостных человеческих характеров и обстоятельств в литературе. Своеобразие подхода писателя к действительности: рас­познавание общих свойств жизни в ее конкретно-чувственных, инди­видуальных проявлениях, интерес к реалиям человеческой жизни в их характерности. Отличие художественного обобщающе-целостного и ценностного осмысления жизни от научного, абстрактного знания. Соотношение понятий «прототип», «тип», «художественный харак­тер», «персонаж», «герой», «образ». Аналитичность и проблемность литературы, ценностный смысл ее образов. Интеллектуально-духовное богатство литературы.

Особенности творческого процесса в искусстве слова: «игра рас­судка и воображения» (И. Кант), «мышление образами» и создание «второго», вымышленного мира; «муки слова».

Отражение в творчестве писателя особенностей его личности, таланта и миросозерцания. Эстетические, религиозные, социологи­ческие, философские взгляды писателя, его нравственные искания как источник его произведений. Противоречия творческого процесса и их преодоление. Творческая рефлексия художника и замысел про­изведения.

Восприятие литературно-художественного произведения чита­телем посредством «эстетического созерцания» и сопереживания. Событие «встречи» читателя и автора (М. Бахтин) – способ освоения произведения как художественной ценности. Роль литературной критики в процессе восприятия художественного произведения.

Фольклор и литература – две самостоятельные области словес­ного творчества. Коллективное и индивидуальное авторство в фольклоре. Взаимовлияния фольклора и литературы. История литературы и фольклора в контексте истории культуры.

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ КАК НАУКА

Литературоведениемногопланово, но в его составе различаются две группы научных дисциплин. Дисциплины первой группы традиционно именуются вспомогательными, однако именно они создают эмпирическую базу литературоведения, придают надежность теоретическим и историко-литературным построениям. Это библиография, источниковедение, текстология.

Вторые именуются “главными отраслями литературоведения”. Прежде всего это история литературы, т.е. исследования конкретных историко-литературных фактов и связей между ними. Известный русский филолог Б. В. Томашевский дал в своем классическом учебнике такое описание работы историка литературы: “Историк литературы изучает всякое произведение как неразложимое, целостное единство, как индивидуальное и самоценное явление в ряду других индивидуальных явлений. Анализируя отдельные части и стороны произведения, он стремится лишь к пониманию и интерпретации целого. Это изучение восполняется и объединяется историческим освещением изучаемого, т.е. установлением связей между литературными явлениями и их значения в эволюции литературы. Таким образом, историк изучает группировку литературных школ и стилей, их смену, значение традиции в литературе и степень оригинальности отдельных писателей и их произведений. Описывая общий ход развития литературы, историк интерпретирует это различие, обнаруживая причины данной эволюции, заключающиеся как внутри самой литературы, так и в отношении литературы к иным явлениям человеческой культуры, в среде которых литература развивается и с которыми находится в постоянных взаимоотношениях. История литературы является отраслью общей истории культуры”.

Читать еще:  "Записки охотника": значение книги в литературе. «Записки охотника» и русская литература

Теория литературы исследует общие закономерности литературной жизни и творчества писателей. Ее обобщения проливают свет на саму сущность художественной литературы, поэтому ТЛ можно назвать дисциплиной фундаментальной (как эстетика, антропология и др.). ТЛ, в свою очередь, сложна и имеет различные аспекты и разделы. Ее центральная часть – это общая (или теоретическая) поэтика, учение о литературном произведении, его составе, жанре и функциях, а также о жанрово-родовом составе литературы. Упомянутый Томашевский, как представитель т.н. “формальной” школы, рассматривавшей литературу прежде всего с т.з. формы (конструкции в ее функциональном значении – т.е. как это сделано и как это работает), ставил знак равенства между общей поэтикой и ТЛ: “Задачей поэтики (иначе — теории словесности или литературы) является изучение способов построения литературных произведений. Объектом изучения в поэтике является художественная литература. Способом изучения является описание и классификация явлений и их истолкование При теоретическом подходе литературные явления подвергаются обобщению, а потому рассматриваются не в своей индивидуальности, а как результаты применения общих законов построения литературных произведений. Каждое произведение сознательно разлагается на его составные части, в построении произведения различаются приемы подобного построения, т.е. способы комбинирования словесного материала в художественные единства. Эти приемы являются прямым объектом поэтики. Если внимание обращено на исторический генезис, на происхождение этих приемов, то мы имеем историческую поэтику, которая прослеживает исторические судьбы таких изолируемых в изучении приемов. Но в общей поэтике изучается не происхождение поэтических приемов, а их художественная функция. Каждый прием изучается с точки зрения его художественной целесообразности, т.е. анализируется: зачем применяется данный прием и какой художественный эффект им достигается. В общей поэтике функциональное изучение литературного приема и является руководящим принципом в описании и классификации изучаемых явлений”.

Однако к общей поэтике ТЛ не сводится и включает в себя еще учение о сущности литературы как вида искусства, а также о закономерностях ее исторического движения (теория литературного процесса).

Надо сразу сказать, что никакой единой хотя бы в основных пунктах ТЛ не существует – она всегда поле яростных дискуссий и взамонепримиримых концепций, т.к. понимание сущности литературного творчества во многом зависит от той культурно-исторической ситуации, в которой оно возникло и получило обоснование. Как пишет Е. Фарыно, любая теория – это прежде всего “документ, свидетельство о состоянии художественного сознания в данную эпоху”. Другой видный литературовед, А. Компаньон, недавно написал нашумевшую книгу под характерным названием “Демон теории”, где исследовал ее современное состояние как результат борьбы со “здравым смыслом” и с самой собой. Выявилась неизбежная ограниченность любой концепции, как только она начинала претендовать на полное объяснение литературных фактов (прокомментировать).

Задача усложняется и тем, что многие теории в рамках ТЛ ориентируются на локальный художественный опыт, являясь программным обоснованием практики определенной литературной школы, защищая ее творческую новацию (формализм – футуризм, марксистское лит-е – соцреализм, французский структурализм и отчасти постструктурализм – “новый роман”, постмодернизм – эссеизм и т.п.). Такие направленческие концепции имеют и достоинства, и недостатки. Достоинства – четкая методология, углубленное рассмотрение выделенного аспекта; недостатки – односторонность, склонность к жестким схемам, отрицание других методов. Таковы марксистская социология, психоанализ искусства, структурализм, мифопоэтическая концепция.

Ученые сознавали подобную опасность и пытались ее классифицировать. Томашевский, например, писал о т.н. нормативной поэтике: “Задачей нормативной поэтики является не объективное описание существующих приемов, а оценочное суждение о них и предписание тех или иных приемов как единственно закономерных. Нормативная поэтика имеет целью научить, как следует писать литературные произведения. Каждая литературная школа имеет свои взгляды на литературу, свои правила и, следовательно, — свою нормативную поэтику. Литературные кодексы, выражающиеся в литературных манифестах и декларациях, в направленческой критике, в исповедываемых различными литературными кружками системах убеждений, и представляют собою различные формы нормативной поэтики”. Особенно грозный смысл подобное предостережение приобретало тогда, когда в литературную теорию и историю вмешивалось государство, выступающее в лице того, кто определяет нормы (прокомментировать).

В отличие от ряда других культурных институтов, имеющих условно-“вымышленную” природу (таких, например, как шахматная игра), литература является общественно необходимой деятельностью – доказательством тому ее обязательное преподавание в школе, в самых разных цивилизациях. В эпоху романтизма (или в начале “современной эпохи”, modernity) в Европе было осознано, что литература – не просто обязательный набор знаний культурного члена общества, но и форма общественной борьбы, идеологии. Литературная соревновательность, в отличие от спортивной, является общественно значимой; отсюда возможность, говоря о литературе, фактически судить о жизни (“реальная критика”). В ту же эпоху была открыта относительность разных культур, что означало отказ от нормативных представлений о литературе (идей “хорошего вкуса”, “правильного языка”, канонических форм стихотворства, сюжетосложения). В культуре имеются варианты, в ней нет одной фиксированной нормы. Описывать эти варианты приходится не в целях определения лучшего (так сказать, выявления победителя), а для объективного выяснения возможностей человеческого духа. Этим и занялось возникшее в романтическую эпоху литературоведение. Итак, две исторических предпосылки научного литературоведения – признание идеологической значимости литературы и культурной относительности.

Специфическая сложность литературоведения состоит в том, что литература – одно из “искусств”, но очень особенное, так как его материалом служит язык. Каждая наука о культуре – некоторый метаязык для описания первичного языка соответствующей деятельности. Требуемое логикой различие метаязыка и языка-объекта дается само собой при изучении живописи или музыки, но не при изучении литературы, когда приходится пользоваться тем же (естественным) языком, что и сама литература. Рефлексия о литературе вынуждена вести сложную работу по выработке собственного концептуального языка, который возвышался бы над изучаемой им словесностью.

Читать еще:  Как открыть женскую чакру самому. Как открыть муладхара чакру и восстановить ее работу

Многие формы подобной рефлексии не носят научного характера. Исторически наиболее важны из них критика, возникшая на много веков раньше литературоведения, и другой дискурс, издавна институционализированный в культуре, – риторика. Современная теория литературы во многом пользуется идеями традиционной критики и риторики, но общий ее подход существенно иной. Критика и риторика всегда носят более или менее нормативный характер. Риторика – школьная дисциплина, призванная научить человека строить правильные, изящные, убедительные тексты. От Аристотеля идет разграничение философии, добивающейся истины, и риторики, работающей с мнениями. Риторика нужна не только поэту или писателю, но и педагогу, адвокату, политику, вообще любому человеку, которому приходится кого-то в чем-то убеждать. Риторика – искусство борьбы за убеждение слушателя, стоящее в одном ряду с теорией шахматной игры или военным искусством: все это тактические искусства, помогающие добиться успеха в соперничестве. В отличие от риторики, критика никогда не преподавалась в школе, она принадлежит вольной сфере общественного мнения, поэтому в ней сильнее индивидуальное, оригинальное начало. В современную эпоху критик – свободный интерпретатор текста, разновидность “писателя”. Критика пользуется достижениями риторического и литературоведческого знания, но делает это в интересах литературной и/или общественной борьбы, а обращенность критики к широкой публике ставит ее в один ряд с литературой. Итак, критика располагается на скрещении границ риторики, публицистики, художественной литературы, литературоведения.

Литературоведение соотносится с рядом смежных научных дисциплин. Первая из них – лингвистика. Границы между литературоведением и лингвистикой – зыбкие, многие явления речевой деятельности изучаются как с точки зрения их художественной специфики, так и вне ее, в качестве чисто языковых фактов: например, повествование, тропы и фигуры, стиль. Отношения литературоведения и лингвистики по предмету можно охарактеризовать как осмос (взаимопроникновение), между ними есть как бы общая полоса. Кроме того, лингвистика и литературоведение связаны не только предметом, но и методологией. В современную эпоху лингвистика поставляет методологические приемы для исследования литературы, что дало основание объединять обе науки в рамках одной общей дисциплины – филологии. Сравнительно-историческое языкознание выработало идею внутреннего разнообразия языков, которое было затем спроецировано в теорию художественной литературы, структуральная лингвистика дала основу структурно-семиотическому литературоведению.

С самого начала литературоведения с ним взаимодействует история. Правда, значительная часть их взаимодействия связана с работой комментаторской, а не теоретико-литературной, с описанием контекста. Но по ходу развития исторической поэтики отношения литературоведения и истории усложняются и делаются двусторонними: имеет место не просто импорт идей и сведений из истории, а взаимообмен. Для традиционного историка текст – это промежуточный материал, который надо обработать и преодолеть; историк занят “критикой текста”, отбраковывая в нем недостоверные (вымышленные) элементы и вычленяя лишь достоверные данные об эпохе. Литературовед все время работает с текстом – и обнаруживает, что его структуры находят себе продолжение в реальной истории общество. Такова, в частности, поэтика бытового поведения: опираясь на закономерности поведения, описанные в художественной литературе, она вычленяет сходные модели, осуществляемые во внелитературной действительности. Не-литературная история общества сама во многом описывается как текст, то есть литературоведение само вырабатывает идеи и структуры, экстраполируемые на внелитературную действительность.

Разработка этих двусторонних отношений литературоведения и истории особенно стимулировалась возникновением и развитием семиотики. Семиотика (наука о знаках и знаковых процессах) сложилась как расширение лингвистических теорий. Она выработала эффективные процедуры анализа текста, как вербального, так и невербального, – например, в живописи, кино, театре, политике, рекламе, пропаганде, не говоря о специальных информационных системах от морского кода флажков и до электронных кодов. Особенно важным оказалось при этом явление коннотации, которое хорошо наблюдаются в художественной литературе; то есть литературоведение и здесь стало привилегированной областью выработки идей, экстраполируемых на другие виды знаковой деятельности; однако литературные произведения имеют не только семиотическую природу, не сводятся к одним лишь знаковым дискретным процессам.

Еще две смежные дисциплины – эстетика и психоанализ. Эстетика больше взаимодействовала с литературоведением в XIX веке, когда теоретическая рефлексия о литературе и искусстве часто осуществлялась в форме философской эстетики (Шеллинг, Гегель, Гумбольдт). Современная эстетика сместила свои интересы в более позитивную, часто экспериментальную сферу (конкретный анализ представлений о красивом, безобразном, смешном, возвышенном в разных социальных и культурных группах), а литературоведение выработало свою собственную методологию, и их отношения стали более отдаленными. Психоанализ, последний по времени из “спутников” литературоведения, – деятельность отчасти научная, отчасти практическая (клиническая), которая стала важным источником интерпретационных идей для литературоведения: психоанализ дает эффективные схемы бессознательных процессов, вычленяемые и в литературных текстах. Основные два типа таких схем – во-первых, фрейдовские “комплексы”, симптомы которых уже сам З. Фрейд начал выявлять в литературе; во-вторых, юнговские “архетипы”, праобразы коллективного бессознательного, которые также широко обнаруживаются в литературных текстах. Трудность здесь именно в том, что комплексы и архетипы обнаруживаются слишком широко и легко и оттого обесцениваются, не позволяют определять специфику текста.

Таков круг металитературных дискурсов, в котором находит свое место литературоведение. Оно выросло в процессе переработки критики и риторики; оно взаимодействует с лингвистикой, историей, семиотикой, эстетикой, психоанализом (а также психологией, социологией, теорией религии и т.д.). Место литературоведения оказывается неопределенным: оно занимается часто “тем же”, чем и другие науки, порой подходит к границам, за которыми наука становится искусством (в смысле “художества” или же практического “искусства” вроде военного). Это связано с тем, что и сама литература в нашей цивилизации занимает центральное положение среди других родов культурной деятельности, чем и обусловлено проблематичное положение науки о ней.

Источники:

http://studopedia.su/15_20156_teoriya-literaturi-kak-nauka-predmet-izucheniya-metodi-zakoni.html
http://cyberpedia.su/13xd16a.html
http://studopedia.ru/2_5471_teoriya-literaturi-kak-nauka.html

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии