3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Тайна Соломонии Сабуровой первой жены государя Василия III. Правление Василия III (кратко)

Правление василия 3 кратко. Тайна Соломонии Сабуровой первой жены государя Василия III

Годы правления: Великий князь Московский и всея Руси (1506 — 1534).

Из рода Московских великих князей. Сын Ивана III Васильевича Великого и византийской царевны Софьи Фоминишны Палеолог.

Вел. кн. Московский и всея Руси в 1506 — 1534 гг.

Детство и ранняя молодость Василия прошли в тревогах и испытаниях. Далеко не сразу он был провозглашен наследником своего отца, поскольку у Ивана III был старший сын от первого брака — Иван Молодой. Но в 1490 году Иван Молодой умер. Иван III должен был решать, кому завещать престол — сыну Василию или внуку Дмитрию Ивановичу. Большинство бояр поддерживало Дмитрия и его мать Елену Стефановну. Софью Палеолог в Москве не любили, на ее сторону встали только дети бояр и дьяки. Дьяк Федор Стромилов известил Василия, что отец хочет пожаловать великим княжением Дмитрия, и вместе с Афанасием Яропкиным, Поярком и другими детьми боярскими начал советовать молодому князю выехать из Москвы, захватить казну в Вологде и на Белоозере и погубить Дмитрия. Главные заговорщики набрали себе и других соумышленников и привели их тайно к крестному целованию. Но заговор был открыт в декабре 1497 года. Иван III велел держать сына на его же дворе под стражей, а приверженцев его казнить. Шестерых казнили на Москве-реке, многих других детей боярских бросили в тюрьмы. В то же время великий князь рассердился и на жену свою за то, что к ней приходили ворожеи с зельем; этих лихих баб отыскали и утопили в Москве-реке ночью, после чего Иван стал остерегаться жены.

4 февраля 1498 года он венчал в Успенском соборе Дмитрия-«внука» на великое княжение. Но торжество бояр не было продолжительным. В 1499 году опала настигла две знатнейшие боярские семьи — князей Патрикеевых и князей Ряполовских. Летописи не говорят, в чем состояли их крамолы, но нет сомнений, что причину надо искать в их действиях против Софьи и ее сына. После казни Ряполовских Иван III начал, повыражению летописцев, нерадеть о внуке и объявил сына Василия великим князем Новгорода и Пскова. 11 апреля 1502 года он положил опалу на Дмитрия и его мать Елену, посадил их под стражу и не велел называть Дмитрия великим князем, а 14 апреля пожаловал Василия, благословил и посадил на великое княжение Владимирское, Московское и всея Руси самодержцем.

Следующей заботой Ивана III было найти для Василия достойную супругу. Он поручил своей дочери Елене, бывшей замужем за великим князем Литовским, разузнать, у каких государей будут дочери на выданье. Но старания его на этот счет остались безуспешны, равно как и поиски женихов и невест в Дании и Германии. Иван принужден был уже в последний год своей жизни женить Василия на Соломонии Сабуровой, выбранной из 1500 девиц, представленных для этого ко двору. Отец Соломонии, Юрий, не был даже боярином.

Став великим князем, Василий шел во всем по пути, указанном его родителем. От отца же он наследовал страсть к строительству. В августе 1506 года умер литовский великий князь Александр. Враждебные отношения между двумя государствами после этого возобновились. Василий принял к себе литовского мятежника князя Михайла Глинского. Только в 1508 году заключен был мир, по которому король отказался от всех отчин, принадлежавших князьям, перешедшим при Иване III под власть Москвы. Обезопасив себя со стороны Литвы, Василий решил покончить с независимостью Пскова. В 1509 году он поехал в Новгород и приказал прибыть к себе псковскому наместнику Ивану Михайловичу Ряпне-Оболенскому и псковичам, чтобы он мог разобрать их взаимные жалобы. В 1510 году на праздник Крещения он выслушал обе стороны и нашел, что псковские посадники наместника не слушались, и было ему от псковичей много обид и насилий. Также Василий обвинил псковичей в том, что они государево имя презирали и не проявляли к нему должных почестей. За это великий князь наложил опалу на наместников и велел их схватить. Тогда посадники и другие псковичи, признав свою вину, били Василию челом, чтоб он пожаловал свою отчину Псков и устроил ее как ему Бог известил. Василий велел сказать: «Вечу в Пскове не быть, а быть в Пскове двум наместникам». Псковичи, собрав вече, стали думать, выступить ли против государя и за переться ли в городе. Наконец решили покориться. 13 января сняли они вечевой колокол и со слезами отправили в Новгород. 24 января Василий приехал в Псков и устроил здесь все по своему усмотрению. 300 самых знатных семей, бросив все свое добро, должны были переселиться в Москву. Деревни выведенных псковских бояр были отданы московским.

От псковских дел Василий вернулся к литовским. В 1512 году началась война. Главной целью ее был Смоленск. 19 декабря Василий выступил в поход с братьями Юрием и Дмитрием. Шесть недель он осаждал Смоленск, но безуспешно, и вернулся в Москву в марте 1513 года. 14 июня Василий вторично выступил в поход, сам остановился в Боровске, а к Смоленску отправил воевод. Они разбили наместника Юрия Сологуба и осадили город. Узнав об этом, Василий сам приехал в лагерь под Смоленск, но и на этот раз осада была неудачной: то, что москвичи разрушали днем, смоляне заделывали ночью. Удовлетворившись опустошением окрестностей, Василий велел отступить и возвратился в Москву в ноябре. 8 июля 1514 года он выступил в третий раз к Смоленску с братьями Юрием и Семеном. 29 июля началась осада. Артиллерией руководил пушкарь Стефан. Огонь русских пушек наносил смолянам страшный урон. В тот же день Сологуб с духовенством вышел к Василию и согласился сдать город. 31 июля смоляне присягнули великому князю, и 1 августа Василий торжественно вступил в город. Пока он устраивал здесь дела, воеводы взяли Мстиславль, Кричев и Дубровны. Радость при московском дворе была необычайная, поскольку присоединение Смоленска оставалось заветной мечтой еще Ивана III. Неудовлетворен был один Глинский, хитроумию которого польские летописи главным образом и приписывают успех третьего похода. Он надеялся, что Василий даст ему Смоленск в удел, но ошибся в ожиданиях. Тогда Глинский завел тайные сношения с королем Сигизмундом. Очень скоро его разоблачили и в оковах отправили в Москву. Некоторое время спустя русское войско под командованием Ивана Челядинова потерпело тяжелое поражение от литовцев под Оршею, но литовцы не смогли после этого взять Смоленск и таким образом не воспользовались своей победой.

Тем временем собирание русских земель шло своим чередом. В 1517 году Василий вызвал в Москву рязанского князя Ивана Ивановича и велел схватить его. После этого Рязань была присоединена к Москве. Сразу вслед за тем присоединили Стародубское княжество, а в 1523 году — Новгород-Северское. Князь Новгород-Северский Василий Иванович Шемякин, подобно рязанскому князю, был вызван в Москву и заключен в темницу.

Хотя война с Литвой фактически не велась, мир заключен не был. Союзник Сигизмунда крымский хан Магмет-Гирей в 1521 году совершил набег на Москву. Московское войско, разбитое на Оке, бежало, и татары подступили к стенам самой столицы. Василий, не дожидаясь их, уехал в Волоколамск собирать полки. Магмет-Гирей не был, однако, расположен брать город. Опустошив землю и захватив несколько сот тысяч пленников, он ушел обратно в степь. В 1522 году опять ждали крымцев, и Василий с большим войском сам караулил на Оке. Хан не пришел, но его нашествия нужно было постоянно опасаться. Поэтому Василий сделался более сговорчивым в переговорах с Литвой. В том же году заключено было перемирие, по которому Смоленск остался за Москвой.

Итак, государственные дела потихоньку образовывались, но будущность русского престола оставалась неясной. Василию было уже 46 лет, но он еще не имел наследников: великая княгиня Соломония была бесплодной. Тщетно употребляла она все средства, которые приписывались ей знахарями и знахарками того времени, — детей не было, исчезла и любовь мужа. Василий с плачем говорил боярам: «Кому по мне царствовать на Русской земле и во всех городах моих и пределах? Братьям передать? Но они и своих уделов устроить не умеют». На этот вопрос послышался ответ между боярами: «Государь, князь великий! Неплодную смоковницу посекают и изметают из винограда». Так думали бояре, но первый голос принадлежал митрополиту Даниилу, который одобрил развод. Неожиданное сопротивление Василий встретил со стороны инока Вассиана Косого, бывшего князя Патрикеева, и известного Максима Грека. Несмотря, однако, на это сопротивление, в ноябре 1525 года был объявлен развод великого князя с Соломонией, которую постригли под именем Софьи в Рождественском девичьем монастыре, а потом отослали в Суздальский Покровский монастырь. Так как на это дело смотрели с разных точек зрения, то неудивительно, что до нас дошли о нем противоречивые известия: в одних говорится, что развод и пострижение последовали согласно желаниям самой Соломонии, даже по ее просьбе и настоянию; в других, наоборот, пострижение ее представляется делом насильственным; распустили даже слухи, что вскоре после пострижения у Соломонии родился сын Георгий. В январе следующего 1526 года Василий женился на Елене, дочери умершего князя Василия Львовича Глинского, родной племяннице знаменитого князя Михаила. Новая супруга Василия во многом отличалась от тогдашних русских женщин. Елена усвоила от отца и дяди иноземные понятия и обычаи и, вероятно, пленила великого князя. Желание понравиться ей было так велико, что, как говорят, Василий III даже обрил для нее свою бороду, что, по тогдашним понятиям, было несовместимо не только с народными обычаями, но и с православием. Великая княгиня все более и более овладевала своим супругом; но время проходило, а желанная цель Василия — иметь наследника — не достигалась. Возникло опасение, что и Елена останется так же бесплодна, как и Соломония. Великий князь вместе с женой совершал путешествия по разным русским монастырям. Во всех русских церквях молились о чадородии Василия — ничего не помогало. Прошло четыре года с половиной, пока наконец царственная чета не прибегла в молитвах к преподобному Пафнутию Боровскому. Тогда только Елена сделалась беременной. Радость великого князя не имела пределов. Наконец 25 августа 1530 года Елена родила первенца Ивана, а через год и несколько месяцев — другого сына, Юрия.

Читать еще:  Язык фамусова в комедии горе от ума. Cочинение «Характеристика образа Фамусова в комедии «Горе от ума

Но едва старшему, Ивану, минуло три года, как Василий серьезно занемог. Когда он ехал от Троицкого монастыря в Волок Дамский, на левом бедре, на сгибе, у него показалась багровая болячка размером с булавочную головку. После этого великий князь начал быстро изнемогать и приехал в Волоколамск уже без сил. Врачи принялись лечить Василия, но ничего не помогало. Из болячки вытекало гною больше таза, вышел и стержень, после чего великому князю стало легче. С Волока он по ехал в Иосифе-Волоколамский монастырь. Но облегчение было недолгим. В конце ноября Василий совсем без сил приехал в подмосковное село Воробьеве. Лекарь Глинского Николай, осмотрев больного, сказал, что осталось уповать только на Бога. Василий понял, что смерть близка, написал завещание, благословил своего сына Ивана на великое княжение и скончался 3 декабря. Погребен в Москве, в Архангельском соборе.

Василий Третий Иванович родился двадцать пятого марта 1479 года в семье Ивана Третьего. Однако соправителем Ивана был объявлен ещё в 1470 году Иван Молодой, его старший сын. Не было никакой надежды, что именно Василий получит власть, но в 1490 году Иван Молодой скончался. Вскоре Василия Третьего объявляют наследником. При этом, официальным наследником отца он стал только с 1502 года. На тот момент он уже являлся новгородским и псковским Великим князем.

Как и внешняя политика, внутренняя политика была закономерным продолжением курса, начатого Иваном Третьим, который направлял все свои действия на централизацию государства и отстаивания интересов русской церкви. Кроме того, его политика привела к присоединению к Москве обширных территорий.

Так в 1510 году к Московскому княжеству был присоединён Псков, через четыре года – Смоленск, а в 1521 году Рязань. Спустя год были также присоединены Новгород-Северское и Стародубское княжества. Осторожные новаторские реформы Василия Третьего привели к существенному ограничению привилегий княжеско-боярских родов. Все важные государственные дела теперь принимались лично князем, а советы он мог получать только от доверенных лиц.

Политика рассматриваемого правителя имела чётко обозначенную цель сохранение и ограждение русской земли от регулярных набегов, которые периодически происходили «благодаря» отрядам Казанского и Крымского ханств. Для решения данного вопроса князь ввёл довольно интересную практику, приглашая на службу знатных татар и выделяя им для правления обширные территории. Кроме того, во внешней политике Василий Третий был дружественным и к далёким державам, рассматривая возможность заключения противотурецкой унии с Папой Римским и пр.

За весь свой период правления Василий Третий был дважды женат. Его первой супругой стала Соломония Сабурова, девушка из знатного рода бояр. Однако, данный брачный союз не принёс князю наследников и был расторгнут по этой причине в 1525 году. Уже спустя год князь берёт в жёны Елену Глинскую, которая подарила ему двух сыновей Юрия и Степана.

Третьего декабря 1533 года Василий Третий скончался от заражения крови, после чего он был похоронен в московском кремле. Самым важным итогом эпохи его правления историки считают объединение северо-восточных и северо-западных территорий Руси. После Василия Третьего на русский престол взошёл его малолетний сын Иван под регенством Глинской, который стал самым известным царём Руси.

Соломония Сабурова: Жена Василия III

Как известно, государь, царь и великий князь всея Руси Иван Васильевич Грозный непрестанно опасался покушений на свою жизнь и власть. Везде и всюду ему виделись заговоры и измена. Но наряду с явными и тайными, подлинными и вымышленными врагами была у царя и ещё одна забота.

Злая судьба матери старшего брата Ивана Грозного

7 августа 1566 года Иван IV востребовал из архива документы, связанные с разводом своего отца, Василия III, с его первой женой, Соломонией. В «Описи царского архива» в связи с этим была сделана соответствующая отметка: «Государь взял к себе». После чего ящик за номером 44 обратно в архив так и не вернулся. Документы бесследно исчезли.

Тайное расследование

Что же послужило причиной такой заинтересованности царя в деле 40-летней давности? Тем более, что касалось оно первой жены Василия III, тогда как Иван Грозный был сыном от его второго брака с Еленой Глинской.
Разумеется, интерес этот был отнюдь не праздный, и в этом легко можно убедиться. Но сначала необходимы некоторые пояснения.
Соломония Юрьевна Сабурова, первая жена Василия III, в 1525 году приняла монашеский постриг в московском Богородице-Рождественском монастыре под именем Софьи. Вскоре она родила сына, наречённого Георгием, который, согласно монастырской версии, умер в младенчестве и был захоронен здесь же в монастыре.
По некоторым данным, позднее рядом с ним была похоронена и его мать.
Однако монастырские документы гласили, что рядом с могилой старицы Софьи покоится не её сын, а прах малолетней дочери Василия Шуйского, царевны Анастасии. Но это вызывает определённые сомнения. Потому что надгробная плита из белого камня была безымянной, а особенности технологии её обработки и нанесённого на неё характерного орнамента ясно указывали специалистам на время изготовления надгробия — начало XVI, а не XVII век, когда преставилась Анастасия.
Вскрытие же самой могилы в 1934 году и вовсе повергло археологов в изумление: под надгробной плитой вообще не оказалось никаких останков!
В почерневшей от времени домовине лежало нечто похожее на тряпичную куклу, завёрнутую в шитую серебром шёлковую рубашонку, туго перетянутую свивальником, украшенным жемчугами.
Реставраторы тканей подтвердили первоначальную датировку надгробия — ткани относились к XVI веку. По мнению специалистов, одежда могла принадлежать мальчику 3-5 лет.
Но кому и зачем могла понадобиться подобная мистификация в духе мрачной фантазии Эдгара По или современных фильмов ужасов?
На этот счёт существует одна довольно интересная версия.

Читать еще:  Кто вы гуманитарий или технарь. Кто ты - технарь или гуманитарий? Чем гуманитарий отличается от технаря

Из княгинь — в монахини

Известно, что Василий с Соломонией прожили «в добре и согласии» долгих 20 лет.
Разумеется, это не была «любовь с первого взгляда»: в старину редко кто из молодых людей мог найти себе пару по своему усмотрению, тем более люди знатного происхождения; их брак был скорее делом политическим, чем семейным.
Вот как описывал поиск невесты для Василия иностранный дипломат Франциско да Колло: «во всем государстве… выбрали самых прекраснейших девиц… Привезли их в Москву более 500; из них выбрали 300, из трёхсот — 200, после 100, наконец, только десять, осмотренных повивальными бабками, из сих десяти Василий избрал невесту и женился на ней» в сентябре 1505 года.
Семейная жизнь Василия III оказалась довольно безоблачной. Но, как уже было сказано, в 1525 году супруга его ушла в монастырь. Что же подвигло её, великую княгиню, на этот поступок?
Летопись так сообщает об этом: «Соломонида, видя не-плодство из чрева своего… начат молити государя… да повелит ей облещися в иноческий образ. Цари же… начата глаголати сице: «Како могу брак разорити и вторым совокупиться?» Не сумев переубедить супруга, Соломония обратилась за помощью к митрополиту, которому и удалось склонить Василия отпустить жену в монастырь.
Однако есть одно свидетельство, позволяющее усомниться в правдивости официальной версии. Это «Записки о Московии» Сигизмунда Гер-берштейна. По его словам, Соломония не только не давала согласия на уход от мирской жизни, но при пострижении сорвала с себя монашеский куколь и принялась топтать его ногами. Герберштейн пишет: «Возмущённый этим недостойным поступком, Иоанн Шиго-ня, один из первых советников, не только выразил ей резкое порицание, но и ударил её бичом, прибавив: «Неужели ты противишься воле государя? Неужели медлишь исполнить его повеление?» После этих слов она, упав духом, громко заявила в присутствии всех, что надевает куколь против воли и по принуждению и призывает Бога в мстители столь великой обиды.
Стало быть, Соломония была заключена в монастырь лишь потому, что не могла иметь детей?
Конечно нет, потому что в действительности всё обстояло несколько иначе.

Главное — наследник!

Дело в том, что Василий III не имел прямого наследника. А между тем, князю минуло уже 45 лет, и его охватывал страх при одной только мысли, что великокняжеский престол после его смерти достанется братьям, совершенно неспособным, как он считал, управлять государством.
Забота о наследнике вынуждала князя, всей душой болевшего за свою страну, к разводу…
Не сразу решился государь отправить жену в монастырь. Долго ездили они по святым местам, делали щедрые пожертвования, строили церкви. Тщётно обращалась она к знахарям и знахаркам…
Наконец, настал тот день, когда Соломонии было предложено добровольно уйти в монастырь. Она ответила резким отказом. Чем это закончилось — уже известно.
Итак, препятствие для женитьбы устранено. Кандидатура невесты определена заранее — Елена Глинская, и в скором времени в Москве развернулись пышные свадебные торжества.
А спустя несколько месяцев прошёл слух, что Соломония в монастыре родила сына. Единственным источником, подтверждающим его, являются «Записки о Московии» Герберштейна, который писал, что Соломония отказалась показывать кому-либо своего ребёнка.
Но имел ли слух, всколыхнувший всю Москву, какую-то реальную основу? Трудно сказать. Не вызывают сомнения лишь два факта, которые можно рассматривать как подтверждение его достоверности: осенью 1526 года Василий III подарил старице Софье богатую Вышеславскую вотчину. Спрашивается, по какому случаю? Кроме того, как сообщает Воскресенская летопись, в том же году «поставил князь великий… церковь камену у Фроловских ворот Кремля святого мученика Георгия».
Думается, имя Георгия значится здесь не случайно. И возможно, что мальчик всё-таки был.
К тому же слухи не утихали. Поэтому в 1530 году, в связи с рождением у Василия III сына, известного нам под именем Ивана IV Грозного, было проведено дознание.
Старица Софья стояла на своём: ребёнок скончался при родах и был захоронен в подземелье монастыря. В народе же уверяли, будто законного сына великого князя уберегли «верные люди». В более поздние времена говорили даже, что спасённый отрок стал впоследствии разбойником Кудеяром.
Сейчас, по прошествии почти пяти столетий, трудно сказать, где правда, а где вымысел. Одно лишь бесспорно — тряпичная кукла в могиле. И в связи с этим одно лишь предположение представляется наиболее вероятным: само появление на свет Ивана IV могло вынудить Соломонию принять экстренные меры к тому, чтобы её собственный ребёнок уцелел, а именно — инсценировать его похороны. И похоронить вместо него куклу — не такая уж глупая затея.
Иван Грозный же, постоянно опасавшийся посягательств на свою власть, не мог не заинтересоваться слухами о возможном существовании ещё одного — старшего — наследника Василия III. Потому и было учинено им новое расследование. Каковы были его результаты, мы, возможно, так никогда и не узнаем, как неизвестна сколь-нибудь достоверно судьба рождённого старицей Софьей ребёнка.

Роковая фамилия

Журнал: Загадки истории №47, ноябрь 2019 года
Рубрика: Женщина в истории
Автор: Александр Фролов

Развод Василия III с Соломонией Сабуровой

В 1525 году Василий объявил: раз жена бесплодна, следует развестись и вступить в новый брак. Подобная царская воля вызвала шок в дворцовом окружении.

А. Кузнецов: Одно из первых свидетельств о браке Василия III и Соломонии Сабуровой, дошедших до нашего времени, принадлежит итальянцу по происхождению, дипломату, который был на службе у императора Священной Римской империи Максимилиана I, Франческо да Колло. В 1518 году он в составе имперского посольства приезжал в Москву, где записал следующее: «Сей Великий Князь Василий — как мне рассказали — решил завести жену, чтобы иметь детей и обеспечить себя законным наследником и преемником Государства; для этого повелел объявить во всех частях своего Государства, чтобы — не взирая на благородство или кровь, но лишь на красоту — были найдены самые красивые девственницы, и во исполнение этого указа были выбраны более 500 девственниц и приведены в город; из них было выбрано 300, потом 200 и наконец сократилось до 10, каковые были осмотрены повивальными бабками со всяческим вниманием дабы убедиться, действительно ли они девственницы и способны ли рожать детей, и нет ли у них какого недостатка, — и, наконец, из этих десяти была избрана жена».

Стоит отметить, что среди современных историков традиция смотра, выбора невест в то время ставится под сомнение. Некоторые исследователи считают, что супругу Василию III присмотрел еще его отец Иван III незадолго до того, как отойти в лучший из миров. Сложно сказать, как было на самом деле, но следует отметить, что пройдет совсем немного времени, и появится документ, указ, исходящий от царя Ивана Грозного (его приводит наш великий историк Сергей Михайлович Соловьев), в котором записано: «Когда к вам эта наша грамота придет, и у которых из вас будут дочери девки, то вы бы с ними сейчас же ехали в город к нашим наместникам на смотр, а дочерей девок у себя ни под каким видом не таили б. Кто же из вас дочь девку утаит и к наместникам не повезет, тому от меня быть в великой опале и казни».

То есть данный документ достаточно четко указывает на то, что, по крайней мере, при Иване Васильевиче традиция такого рода уже была. Насколько ею пользовался его отец, сказать сложно.

Но вернемся к браку Василия III и Соломонии Сабуровой. В известном смысле он (брак) стал сплошным набором прецедентов. Во-первых, впервые глава Московского государства женился на особе, принадлежащей не к иностранному царствующему дому либо русскому княжескому роду, а к собственному боярству, то есть служилому сословию. Во-вторых, это был первый развод великого князя с пострижением жены с монахини (старший сын Ивана Калиты Симеон в 1345 году «отослал от себя» вторую жену, но она после этого не сгинула в монастыре, а благополучно вышла замуж во второй раз). В-третьих, не исключено, что в связи с нежеланием благословить великокняжеский развод впервые лишился сана митрополит Московский и всея Руси.

Читать еще:  Покрасить шапку из норки в домашних условиях. Покраска изделий из натурального и искусственного меха

С. Бунтман: То есть за 4 года до развода.

А. Кузнецов: Да. Вполне возможно, что этот вопрос (вопрос развода) Василий III впервые поставил перед церковными иерархами за несколько лет до его осуществления. Встретив серьезную оппозицию, он еще несколько лет годил. Может такое быть?

Однако есть и другие версии опалы, которая была наложена на митрополита. Одна из них опирается на такую, скажем так, не очень красивую историю. Со стороны Василия III Новгород-Северскому удельному князю Василию Шемячичу были даны некие гарантии, великокняжеское слово, которое впоследствии в связи с государственной необходимостью нужно было нарушить. Но все-то произошло по правилам! Поэтому, согласно другой версии, великий князь обратился к митрополиту с просьбой освободить его от данного слова. Варлаам ответил отказом, за что и был заменен другим митрополитом, который довольно быстро, уже в 1523 году, Василия III от клятвы разрешил.

А. Кузнецов: Да, поскольку оппозиция в церкви была очень серьезная. Например, до нас дошел письменный ответ инока Вассиана (Патрикеева), представителя старинного княжеского рода, который, видимо, тоже был насильственно пострижен в монахи, так как в свое время не проявил должной государственной гибкости и мудрости. Вот что он отвечает великому князю: «Ты меня спрашиваешь о таком деле (имеется в виду развод), о котором не слыхано кроме вопроса Иродиады». То есть он дает понять, что сама постановка вопроса Василием III абсолютно безнравственна, противоречит всем церковным правилам и так далее.

В это же время происходит ряд судебных процессов, которые также наводят на мысль о том, что люди, которые попали под раздачу (кое-кто даже был казнен), — Иван Беклемишев, Максим Грек, Федор Жареной — подобно митрополиту Варлааму проявили негибкую позицию в вопросе о великокняжеской разводе.

Но продолжим… Если мы обратимся к источникам, то обнаружим, что существуют две основные версии по поводу того, каково было отношение самой Соломонии Сабуровой к этому разводу. Софийская вторая летопись зафиксировала события следующим образом: «В лето 7034, ноября в 28, великая княиня Соломонея пострижеся въ черницы, болезни ради; и отпусти ея князь велики въ девичь монастырь въ Суздаль. Тое же зимы, генваря в 24-е, князь велики Василеи женися вторымъ бракомъ, поня себе дщерь князя Василья Глинского княжну Елену; венчал Данила митрополит».

То есть здесь говорится о том, что Соломония Сабурова сама, «болезни ради», просила Василия III, чтобы он ее отпустил.

С. Бунтман: Очень похоже на официальную версию.

А. Кузнецов: Так и есть. Соломония, так сказать, проявила государственное понимание, вошла в заботы великого князя об обеспечении престолонаследия. А Василий III плакал, но в конечном итоге согласился с супругой и отпустил ее.

Что касается другой точки зрения, то Новгородская четвертая летопись фиксирует: «Лета 7034. Той же зимы государь князь велики Василеи Ивановичь всея Руси великую княгиню Соломанию постриг в черници и в Суздаль сослал, а женився жилъ с нею 20 леть, а детей не было оть ней. После Крещения Христова, в велики мясоедъ, понялъ князь велики Василеи Ивановичь всеа Руси другую жену, княжь Васильеву дочерь Елену Темного Глинского».

Вот так. И этот конфликт летописей продолжается по сей день, поскольку существуют две разные точки зрения. Историки, скажем так, близкие к церковным кругам, считают справедливым рассказ о том, что инициатива развода исходила от самой Соломонии Сабуровой. Другие исследователи уверены, что насильственное пострижение куда ближе к истине. Об этом, кстати, косвенно свидетельствуют частично сохранившиеся документы розыска (следствия), который был проведен по делу о «неплодии» Соломонии Сабуровой.

До нас дошла Опись царского архива XVI века, в которой обозначены показания брата Соломонии, согласно старорусской терминологии, «сказка Ивана Юрьева сына Сабурова»:

«Лета 7034 ноября 23 дня, сказывал Иван: говорила мне великая княгиня: «есть деи жонка Стефанидою зовут резанка, а ныне на Москве, и ты се добуди да ко мне пришли»; и яз Стефаниды допытался да и к себе есми во двор позвал, а послал есми се на двор к великой княгине с своею жонкою с Настею, а та Стефанида и была у великие княгини; и сказывала мне Настя, что Стефанида воду наговаривала и смачивала ею великую княгиню да и смотрела ее на брюхе и сказывала, что у великой княгини детям не быти, а после того пришел яз к великой княгине и она мне сказала «посылал ты ко мне Стефаниду и она у меня смотрила, а сказала, что у меня детям не быти; а наговаривала мне воду Стефанида и смачиватися велела от того чтоб князь великий меня любил, а наговаривала мне Стефанида воду в рукомойнике, а велела мне тою водою смачиватись, а коли понесут к великому князю сорочьку и порты и чехол, и она мне велела из рукомойника тою водою смочив руку, да охватывать сорочьку и порты и чехол и иное которое платье белое»; и мы хаживали есмя к великой княгине по сорочьку и по чехол и по иное по что по платье, и великая княгиня развернув сорочьку или чехол, или иное что платье великого князя, да из того рукомойника и смачивала то платье.

Да Иван же сказывал: говорила, господине, мне великая княгиня: «сказали мне черницу, что она дети знает (а сама безноса) и ты ту черницу добуди» и яз тое черницы посылал добывати Горяинком звали детина (а ныне от меня побежал), и он ту черницу привел ко мне на подворье; и та черница наговаривала не помню масло, не помню мед пресной, да и посылала к великой княгине с Настею, а велела ей тем тертися от того ж чтоб ее князь великий любил, да и детей деля, а опосле того и сам яз к великой княгине пришел, и великая княгиня мне сказывала: «приносила ко мне от черницы Настя, и яз тем терлася».

То есть данный розыск доказывает не только то, что великую княгиню Соломонию принудили к пострижению в монахини, но и указывает причину этого принуждения — волхование.

Австрийский посол Сигизмунд фон Герберштейн, дважды посетивший Русское государство и написавший книгу «Записки о Московии», сообщает некоторые подробности о разводе великого князя: «Вдруг возникла молва, что Саломея беременна и скоро разрешится. Этот слух подтвердили две почтенные женщины, супруги первых советников, казнохранителя Георгия Малого и постельничего Якова Мазура, и уверяли, что они слышали из уст самой Саломеи признание в том, будто она беременна и вскоре родит. Услышав это, государь сильно разгневался и удалил от себя обеих женщин, а одну, супругу Георгия, даже побил за то, что она своевременно не донесла ему об этом. Затем, желая узнать дело с достоверностью, он послал в монастырь, где содержалась Саломея, советника Федора и некоего секретаря Потата, поручив им тщательно расследовать правдивость этого слуха. Во время нашего тогдашнего пребывания в Московии некоторые клятвенно утверждали, что Саломея родила сына по имени Георгий, но никому не пожелала показать ребенка. Мало того, когда к ней были присланы некие лица для расследования истины, она, говорят, ответила им, что они недостойны видеть ребенка, а когда он облечется в величие свое, то отомстит за обиду матери. Некоторые же упорно отрицали, что она родила. Итак, молва гласит об этом происшествии двояко».

Итак, Сигизмунд фон Герберштейн честно признается, что передает слух, указывая тем самым, что существует и другая точка зрения на этот вопрос. Более того, на сегодняшний день посылка вышеуказанной инспекторской комиссии в Суздаль полностью подтверждена. Выводов этой комиссии мы, конечно, не знаем, но то, что по ее результатам уже монахине Софии великим князем было пожаловано село — факт зафиксированный. Все это наводит на самые разные интерпретации…

С. Бунтман: Рождает массу слухов, легенд.

А. Кузнецов: Да. Например, легенду о знаменитом разбойнике Кудеяре, нашедшую свое выражение в поэме Некрасова «Кому на Руси жить хорошо».

Источники:

http://araratpark-hyatt.ru/pravlenie-vasiliya-3-kratko-taina-solomonii-saburovoi-pervoi-zheny-gosudarya.html
http://www.bagira.guru/old-rus/solomoniya-saburova-zhena-vasiliya-iii.html
http://diletant.media/articles/38051200/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector