1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что такое плоские шутки и как с ними бороться. Почему мне смешно: научное объяснение интернет-шуток

Почему мне смешно: научное объяснение интернет-шуток

Текст

Улыбка и смех являются частью общечеловеческой лексики, и весь род человеческий понимает их значение. Люди обретают эту бессознательную способность при рождении. При этом мы можем сознательно сдерживать смех, но нам довольно трудно его фальсифицировать, и уж точно мы не можем искренне рассмеяться по команде.

Смех предоставляет глубокое понимание нашего бессознательного, которое прорывается наружу в определённых ситуациях. Учёным мало известно о конкретных механизмах мозга, ответственных за смех. Но мы и без них знаем, что он вызывается многими ощущениями и мыслями и активизирует различные части тела. Смех влияет на дыхание, изменяет выражение лица и заставляет нас издавать звуки (порой довольно странные). Во время сильного хохота задействуются даже мышцы рук, ног и туловища.

«Смех является сообщением, которое мы посылаем другим людям. Мы знаем это, потому что мы редко смеемся, когда находимся в одиночестве: сами с собой мы смеёмся даже реже, чем сами с собой разговариваем», — говорит доктор Роберт Провайн.

Смех является социально «заразным», то есть мы смеёмся над смехом других людей. Этот феномен отлично иллюстрирует ролик ниже. Готовы поспорить, что досмотреть его до конца и не улыбнуться у вас не получится. Вероятно, поэтому он и набрал уже более 19 млн просмотров.

Человек начинает смеяться примерно в возрасте 3,5–4 месяцев, задолго до того, как начинает говорить. Смех, как и плач, выступает в роли доречевого способа взаимодействия с матерью и другими людьми из окружения ребёнка. Со временем смех эволюционировал в социально-приемлемую форму канализации агрессии. Она удобна тем, что не вовлекает никаких прямых агрессивных действий, но при этом позволяет выразить свои эмоции. Другими словами, скопившееся в психике напряжение ищет себе выход и находит его через смех.

Но как человек решает, когда ему смеяться, а когда нет? Это решение принимает за нас наш мозг. Любопытно, что смех редко прерывает структуру предложения. Он лишь выступает в роли акцентов или проявляется во время пауз в разговоре.

Сама механика смеха эволюционировала у древних приматов из затруднённого или учащённого дыхания или удушья. Если вам удастся пощекотать шимпанзе или гориллу, вы не услышите ничего похожего на «ха-ха-ха». Обезьяны издают звуки, будто они задыхаются, но в них и кроется природа привычного нам смеха. Другие животные во время игр также произносят звуки, хотя они имеют мало общего с человеческими. Крысы, например, производят высокочастотный писк, и даже пингвины по-своему «смеются».

Как смеются в интернете на других языках:

В тайском языке число 5 произносится как «ха». Так что вместо «LOL» или «hahaha» тайские пользователи иногда пишут «55555»

Aббревиатуру WWW часто используют японцы. Это обозначение берёт своё начало с символа 笑, который произносится как warai и переводится как «смех». Warai в чатах быстро стали сокращать до W, а затем стало употребимо «wwwwwww» и т. д.

Хотя смех по-китайски (путунхуа) пишется как 笑声, при интернет-общении используются иероглифы звукоподражания 哈哈 (произносится как «ха-ха») и 呵呵 («хи-хи»)

В корейских чатах и соцсетях принято выражать смех в виде kkkkk или kekekekeke, что проиcходит от ㅋㅋㅋ(크크크) — корейского эквивалента нашего «ха-ха-ха»

В испанском «j» произносится как «х», поэтому на испаноязычных ресурсах так часто можно найти буквосочетания «jajaja»

Греческий алфавит — родственный нашему, так что греки в Сети смеются точно так же, как мы: «xaxaxa»

На иврите смех выглядит так: חָה־חָה־חָה — произносится так же, только читается справа налево

Бразильский и португальский смех обозначается как huehuehue или rsrsrsrs

Датчане смеются довольно тривиально: ha ha, hi hi, hæ hæ, ho ho, ti hi

Французы, помимо hahaha, héhéhé, hihihi, hohoho, также употребляют акроним MDR (mort de rire — то есть умираю от смеха), аналогичный англоязычному LOL

Большая часть шуток, которые вызывают общий смех, так или иначе связаны с тем, что кто-то терпит неудачу. Казалось бы, что может быть смешного в том, как кто-то поскользнулся на лестнице или упал с велосипеда? Но в этих «шутках» кроются фундаментальные аспекты юмора.

Первое требование к смешной ситуации — игривые обстоятельства, которые ставят событие из реальной жизни в несерьёзный контекст. Именно они объясняют, почему большинство людей не находят смешными съёмки горящего 10-этажного здания, из которого выпрыгивают люди и разбиваются насмерть. В данном случае серьёзность несчастья препятствует установлению несерьёзного контекста. Однако ролики, где какой-нибудь очередной бедолага падает на беговой дорожке, кажутся нам забавными.

В начале 1990-х учёные обнаружили в мозге зеркальные нейроны. Уилльям Фрай, психиатр из Стэнфордского университета, считает, что это открытие привело к новому пониманию аспектов юмора, и именно эти клетки могут объяснить, почему мы смеёмся, когда кто-то падает. Из собственного опыта мы знаем, что когда мы падаем, мы пытаемся удержать баланс, махая руками и мечась в самых странных позах. Эти движения контролируются нейронами в нашем мозге. Но когда мы наблюдаем, как другой человек спотыкается, некоторые из наших собственных нейронов активизируются так же, будто мы сами начали двигаться в попытке удержаться от падения. Эти зеркальные нейроны как бы дублируют паттерны активности мозга падающего человека из ролика на YouTube в мозг смотрящего этот ролик. Таким образом мозг наблюдателя «щекочет» этот «неврологической призрак»: он испытывает неосознанную стимуляцию, которая усиливает восприятие несоответствия, о котором шла речь выше.

По причине наличия зеркальных нейронов, продюсеры классических ситкомов используют закадровый смех. Он автоматически заставляет нас смеяться, когда мы его слышим. Экспериментально доказано, что зеркальные нейроны активизируются, когда человек слышит и другие окружающие звуки, связанные с триумфом, страхом, радостью и отвращением.

Ещё одной важной характеристикой смешного анекдота, эпизода из жизни или видео на YouTube является несоответствие или непоследовательные отношения между сутью происходящего и его кульминационным моментом. Падения не так часто встречаются в нашей нормальной жизни и всегда являются неожиданными. Как бы ни было стыдно, несмотря на всю нашу сердечность и участливость, когда коллега в офисе садится мимо стула и получает ушиб копчика, мы не можем сдерживать смех. Очевидно, у нас срабатывает другой, более мощный инстинкт.

Несостыковка ожидаемого и действительного лежит в основе всех главных вирусных интернет-видео. Подтверждение этому — классические ролики с умиротворённой пандой и неожиданно громким чихом детёныша; бразильской дивой Бишей Мудой, с голосом не совсем соответствующим её внешности; харизматичным индийским мальчиком плотной комплекции, танцы которого не очень согласовываются с его возрастом.

Почему наши лица растягиваются в улыбки умиления при виде маленьких детей, щенков и котят, даже если они вовсе не падают и даже не делают ровным счётом ничего? Учёные считают, что взрослый человек эволюционно запрограммирован, чтобы находить младенцев милыми. Таким естественным образом природа позаботилась о том, чтобы мы не причиняли им вреда и ухаживали за ними. Также исследования показывают, что взрослых людей умиляют лица с большими глазами. Как известно, дети, котята и щенята имеют непропорционально большие глаза относительно головы. К третьему месяцу глаза младенцев достигают того же размера, что и глаза взрослого человека, и выглядят огромными, пока остальная часть лица не успела вырасти. Другие черты, которые почти всегда воспринимаются, как милые, включают в себя большую голову, маленький нос и рот. Именно эти приметы заставляют нас восторгаться всеми видео с детёнышами, как двуногих, так и четвероногих.

Читать еще:  Вяжем воротники и манжеты для платьев и пальто своими руками на спицах. Вязаное пальто спицами на пуговицах с отложным воротником

Одной из причин, по которой история, анекдот или ролик на YouTube кажутся нам смешными, является шокирующий момент, который непременно должен присутствовать в хорошей шутке. Шок может быть связан с насилием, пошлостью, грубостью или страхом. Отличный пример — крайне жестокий, но забавный анекдот: «Сколько детей нужно для того, чтобы покрасить стену в красный? Всего один, но вы должны бросать его изо всех сил». По этой же причине мы все не можем сдержать смех, смотря ролики, где людей чуть ли не до смерти пугают резиновыми динозаврами или клоунами с бутафорским молотом.

В книге Ha! The Science of When We Laugh and Why Скотта Уиммса описывается эксперимент, в рамках которого исследователь Ричард Вайзмен занимался поисками самой смешной шутки в мире. Он опросил около миллиона человек, которые рассказывали самые смешные, по их мнению шутки, и выставляли оценки другим. В итоге выяснилось, что наиболее грубые шутки (вроде той, про ребёнка, которая описана выше) имели как самые высокие оценки, так и самые низкие: то есть в то время, как одни находят их весьма забавными, другие ненавидят их. В качестве примера из интернет-мемов можно вспомнить бесконечный «премиум-контент» с танцующими бомжами, пьяными драками и матерными песнями. Все эти ролики «щекочут» наше подсознание и выдавливают из нас смешки.

Самую важную роль в механике юмора играет так называемый «удар открытия». Вайзмен пишет: «Я верю в то, что вкусы в юморе настолько сильно различаются, потому что ключ шутки кроется не в её построении или кульминационном моменте. Вместо этого всё дело в «ударе открытия» (kick of the discovery), когда человек думает одним образом и вдруг меняет свою точку зрения на противоположную. Этому процессу также способствуют шок и удивление».

Обложка книги Ha!: The Science of When We Laugh and Why

Но что заставляет людей отсылать друг другу ссылки на YouTube и очередную смешную картинку, и почему так трудно удержаться от того, чтобы не поделиться очередной глупой шуткой, найденной на просторах Сети? Оказывается, у смеха есть ещё одна роль. Это важный «социальный клей». Получив в скайпе в ответ на ссылку порцию скобочек «))))», человек ощущает, что у него с окружающими есть общие ценности и смыслы. Новые мемы и локальный хайп вокруг них позволяют налаживать более тесные внутригрупповые связи. Коллективный смех, пусть и виртуальный, выраженный в виде буквосочетаний lol или «ахаха», работает как маркер, помогая вырабатывать социальные нормы: над чем смеяться можно, а над чем — нет. Даже когда человек не знает, что стоит за определённым мемом, ему не смешно, если то, что он увидел и услышал, помечено маркером смеха, то со временем его психика найдёт объяснения этого, и в следующий раз его обязательно развеселит подобная шутка.

К сожалению, рассматривая любой психологический процесс, а тем более такой сложный, как юмор, сложно вывести строгую формулу. Ни один учёный не сможет научным методом выявить, смешное или нет то или иное видео/коуб/гиф — точный ответ пока кроется только в наших головах. Разные люди смеются над разными вещами, потому что у всех разный культурный бэкграунд, порог чувствительности к пошлости, грубости и оскорблениям. И всё это приводит к большой путанице, от чего жить становится только веселее.

Что делает шутки смешными и почему не все их понимают?

Наверняка каждый из вас хотя бы раз в жизни замечал, что шутка, которая кажется вам невероятно смешной, не вызывает такой реакции у некоторых знакомых. И наоборот. Это особенно заметно в коллективе, собранном по случайному принципу — например, в школе, университете или на работе. Особенно серьезной ситуация становится когда речь заходит о черном юморе — как известно, его понимают далеко не все. Но как вышло так, что мы находим смешными абсолютно разные вещи и от чего это зависит? Помимо совокупности самых разных факторов, исследователи предполагают, что стимуляция определенных участков мозга способна сделать шутки смешными.

Ученым не так много известно о том, что именно делает шутки смешными

Над чем смеялись наши предки?

Как вам нравится шумерская шутка, которая появилась примерно в 1900 году до нашей эры: «Знаете чего никогда в истории не происходило? Ни одна молодая женщина не пукала, сидя на коленях у мужа». Или эта классика из Египта, 1600 г. до н.э.: «Как развлечь скучающего фараона? Надо плыть на лодке по реке Нил с молодыми женщинами, одетыми в рыболовные сети и пригласить фараона на рыбалку».

Если вас не рассмешили эти древние шутки, то, возможно, вам понравится более современная, она появилась в Британии в 1000 году: «Что висит на бедре человека и хочет попасть в дыру, которую раньше часто тыкали? Ответ: ключ». Не осмелюсь предположить, какую именно реакцию вызвали у вас эти шутки и насколько они вообще смешные, но вне зависимости от того, древние шутки или нет, давайте попробуем разобраться как вообще работает юмор и чем он отличается от смеха. А какие еще по-настоящему бородатые шутки вы знаете? Поделиться ими можно в нашем уютном Telegram-чате.

Кадр из фильма “Очень страшное кино”. Смеялись во время просмотра?

Начнем с того, что смех универсален, в то время как юмор имеется только у людей — везде, где есть сведения о людях, есть шутки. Существуют такие книги как «Римские шутки» и «Любитель посмеяться», в которых содержится много разных шуток, например эта: «Как вам хотелось бы, чтобы я вас постриг?» «В тишине». Но наиболее интересным является тот факт, что и древние и современные шутки структурированы схожим образом. Да, даже шумерская шутка про пукающую жену. Более того, даже темы кажутся современными — шутки про метеоризм и секс, кажется, актуальны во все времена. Это подтверждают некоторые научные теории о шутках и юморе. Так, юмор часто включает в себя реализацию несоответствия между концепцией и ситуацией, нарушения социальных норм, разрешение напряженной обстановки, насмешки и чувство превосходства.

Социальный контекст шуток

Однако, несмотря на схожесть структуры шуток, со временем и в любом месте ни одна шутка не сможет заставить смеяться всех. Отчасти это происходит потому, что время и расстояние лишают шутки их культурного значения. Точно так же недавние результаты исследования анекдотов, рассказанных французскими врачами, показало, что доктора часто основываются на довольно широких (или прямо оскорбительных) стереотипах — например, о том что хирурги это тираны с манией величия, все анестезиологи лентяи, а психиатры психически больны.

Еще больше интересных историй от ученых из разных стран мира ищите на нашем канале в Яндекс.Дзен.

Читать еще:  "Слеза комсомолки" и еще несколько ядерных рецептов от Венечки Ерофеева. Поцелуй тети Клавы

Смех — лучшее лекарство от стресса

На рабочем месте, особенно на стрессовой работе, юмор часто используется для поощрения сплоченности в коллективе, чтобы справляться со стрессом. Однако юмор также используется, чтобы исключить посторонних, которым такие шутки могут показаться неприличными или слишком черными. Последний пункт важен — исключение других способно помочь повысить сплоченность коллектива. Мы все являемся частью разных социальных групп, и это влияет на наш подход к юмору. Дело в том, что комедия отражает не только культурные ценности, но и то, что мы хотели бы, чтобы было смешным. Чарли Чаплин по-прежнему чрезвычайно популярен в Китае, тогда как на западе его ценят в основном художественно, а вот его шутки кажутся многим старомодными. В этом контексте для пожилых людей нет ничего необычного в том, чтобы находить вещи, которые молодые люди считают смешными, совершенно необъяснимыми.

Как работа мозга влияет на чувство юмора

Итак, мы выяснили, что юмор связан с социальными связями и сплоченностью в коллективе и это подтверждается исследованиями. Реагируя на шутки, мозг задействует те области, которые тесно связаны с распознаванием речи — это передние височные доли, височно-теменная область и верхние лобные доли, которые часто активны, когда нам нужно подумать о значении слов и их соотношении друг с другом. В одном из исследований утверждается, что верхняя лобная извилина имеет решающее значение для оценки юмора в шутке, а стимулирование этой области постоянными электрическими токами делает шутки более смешными. Однако эти области мозга активны и при решении других задач. Поэтому может быть трудно отделить наше чувство юмора от нашей способности обрабатывать как лингвистическое значение слов, так и социальное значение той или иной ситуации. И нетрудно понять, почему эволюция способствовала этому — люди, которые успешно сотрудничают друг с другом, используя понимание мира, имеют больше шансов на выживание.

Так что же делает шутки смешными? Ученые добились больших успехов в понимании того, какие участки мозга отвечают за обработку шуток, однако если не учитывать социальные и культурные особенности юмора, мы рискуем остаться озадаченными тем, как кто-то наслаждается комедией, которая кажется нам совершенно не смешной.

Наука создания смешных шуток: почему мы смеемся и над чем

Смех, говорит монах Вильгельм в «Имени розы», присущ одному только человеку — это признак его разумности. Правда, Вильгельм ошибается, хотя это предположение восходит еще к Аристотелю. Улыбка смягчает сердца. Каждый может шутить, если поймет, как это делать. «Театр истерии», физиология смеха, теория смеха, а еще удивительный гид по конструированию посредственных шуток — в материале «Ножа».

«Мужчина из Абдеры заметил бегуна, которого только что распяли. „Боги, теперь он действительно летит“, — сказал он». Это шутка довольно бородатая — древнеримская. Юмор о распятиях с тех пор вышел из моды, но сам смех не стареет.

Электрическая улыбка и щекотание обезьян: как изучали смех

С физиологической точки зрения одним из первых смех начал исследовать Гийом Дюшен в середине XIX века, он же, считай, изобрел неврологию.

Когда видишь прекрасную улыбку любимого человека, помни, что она тебе не принадлежит: это улыбка Дюшена!

Так ее называют, потому что Дюшен первым описал, какая улыбка считается искренней: она поднимает не только уголки рта, но и щеки и собирает веселые морщинки вокруг глаз. Дюшен думал, что подделать ее невозможно, но он не знал нас, людей будущего. Исследования показали, что мы можем имитировать искреннюю улыбку (по крайней мере, в статике).

Исследуя мышцы человеческого лица, француз подключал к нему электрический ток и делал бомбические снимки — а вот его любимая модель.

Источник

Ученые XIX века были очарованы человеческими эмоциями. Например, психиатр Жан-Мартен Шарко организовал так называемый Театр истерии; он устраивал замечательные публичные лекции и импровизированные интервью с больными. Шарко, правда, специализировался на истериках, но и у истеричных бурного смеха хватало. Художники не без удовольствия изображали замечательные хэппенинги.

Конечно, смеется не только человек. Неправы были древние греки: животные тоже умеют смеяться. Во время игры хихикают дельфины. Смеются крысы, если их щекотать или заставить играть. Хохочут обезьяны, иногда над нами — когда кидаются фекалиями.

Говорят, Дарвин, когда писал «Выражение эмоций у людей и животных», щекотал обезьян, чтобы убедиться, что они смеются. Ну и веселились же они, наверное, когда бородатый старец тыкал им пальцем в ребрышки! Дарвин рассказывает, как выглядят эмоции у собак, лошадей, обезьян, у его собственных детей в несознательном возрасте. Вслед за Дюшеном, срисовывая иллюстрации с его фотографий, он подробно описывает, как движутся лицевые мышцы при улыбке.

Рот, легкие и мозг: как устроен смех

Так что происходит, когда ты улыбаешься, душа моя? Движется твое лицо. Большая скуловая мышца растягивает рот вверх и в стороны, малая скуловая тянет верхнюю губу. Помогают разомкнуть губы мышца, поднимающая верхнюю губу, и мышца, опускающая нижнюю, — последнюю, кстати, можно подрезать при параличе нижнечелюстного нерва, чтобы сравнять улыбку. Круговая мышца глаза образует складки вокруг глаз (я вижу улыбку Дюшена, и я тоже улыбаюсь).

Веселье рождается в твоей груди. Ты резко выдыхаешь воздух, напрягается грудная клетка и брюшная полость, сокращается диафрагма. Легкие и дыхательные пути сжимаются, в пищеводе и желудке нарастает давление. Твой вдох проходит сквозь гортань, заставляет вибрировать голосовые связки, и я слышу твой смех.

Веселье рождается в твоем уме. Исследование показало, что шутка словно бы прошивает твой лоб: левая половина лобной доли анализирует, шутка это или нет, а правая — смешно или не смешно.

Согласно тому же исследованию, если повредить одну часть лобной доли, человек не врубается в концепцию шутки, а если вторую — его начинает веселить любой несовпадос в словах, включая рифму «палка-селедка».

Смех — область парадокса: мы осознаем, понимаем шутку, но мы смеемся непроизвольно. Чтобы поржать три секунды, человек активизирует целую нейронную сеть. То, что описано выше, понимает шутку, а смех запускается в лимбической системе.

Где нам смешно

Угореть с братюнями: смех — социальное явление

Технически говоря, у человека не один смех, а два. Люди смеются, когда их щекочут, и над фильмами Вуди Аллена (хотя щекотка убедительнее).

Ученые разделяют «добровольный», социальный смех (Вуди Аллен) и «непроизвольный» (щекотка). Например, гипоталамус гораздо активнее, если человека щекотать, чем если читать ему вслух «Трое в лодке, не считая собаки». Хотя книжка смешная.

Точной информации, зачем мы смеемся, нет. Первая гипотеза гласит: мы смеемся, когда столкнулись с чем-то неожиданным, но оно неопасно. Вторая: мы смеемся, чтобы сообщить — неопасно. Возможен и средний вариант: мы смеемся, когда столкнулись с чем-то неожиданным, но оно неопасно, наш смех «заряжает» смехом сородичей и снижает шанс, что опасными сочтут нас. Так смех оказывается поведением, которое подкрепляется социальным вознаграждением.

У смеха есть действительно очень сильная социальная функция — довольно примитивная: сигнализировать «хорошо» и убеждать в этом других. Исследователь Роберт Провайн посвятил всего себя наблюдениям, чтобы собрать для нас разную информацию о веселье. Например, в одном из исследований он заставил 28 учеников вести дневник — записывать, когда они смеются. Еще 22 регистрировали, когда они улыбаются, и 22 — разговор.

Оказалось, что люди в 30 раз чаще смеются в компании, чем одни. Улыбаются всего в шесть раз чаще, а разговаривают вообще в четыре (о боже, в одном из четырех случаев у говорящего вообще нет собеседника).

Еще из неожиданных наблюдений Провайна: тот, кто говорит, смеется на 46 % чаще, чем слушатель, и даже не замечает, что смеется над собственными шутками. Только 10–15 % комментариев, над которыми угорают в диалоге, хотя бы чуть-чуть смахивают на юмор. В остальных случаях люди хохочут после фраз вроде «Приятно повидаться», причем используют смех как знак препинания: вопрос или конец фразы — затем хохот. Женщины смеются на 126 % больше, чем мужчины.

Читать еще:  Что такое героический эпос. У других народов мира сложились свои героические эпосы: в Англии - «Беовульф»,в Испании – «Песня о моем Сиде», в Исландии – «Старшая Эдда»

Смех по Провайну — монета, которой люди оплачивают разговор. Они не озвучивают: «Наша коммуникация приемлема, и я хочу это показать», а вместо этого смеются.

Нет другого — нет веселья. Изобретатели закадрового смеха согласны полностью.

Наша интонация меняется в зависимости от того, с кем мы смеемся. Другие люди тоже это улавливают.

В одном из исследований участникам дали послушать коротенькие аудиозаписи — обрывок непонятного диалога и смех. В 61 % случаев слушатели угадывали, смеются на записи друзья или незнакомцы. В среднем проще всего опознать пары «женщины-друзья» или «мужчины-незнакомцы».

Что-то такое люди сигнализируют друг другу смехом, что их уши легко угадывают. И наоборот: когда уши слышат смех, хочется подавать ответные сигналы. Не обязательно смехом.

В 2015 году ученые провели опыт, в который включили 112 студентов Оксфорда, три видео — стендап Майкла Макинтайра, милые виды джунглей и зверюшек, инструкция по гольфу — и рассказ о себе.

Оказалось, что после веселья люди довольно откровенны. Но это замечает наблюдатель, а не они сами. Участники не отдавали себе отчет, что говорят о себе больше, чем могли бы.

Ученые приводят примеры утверждений высокой степени интимности: «В январе я сломал ключицу, упав с шеста во время танца», «Половина моих любимых фильмов — к стыду моему, фильмы Disney» и «Сейчас я живу в нищете (с мышами!)».

В общем, мы создаем смех, а смех нами манипулирует.

Теория смешных шуток: базовый курс

Теория смеха — не самая смешная штука, если исследователь не приводит примеры. Пока одни ученые вгрызаются в смеющийся мозг, показывают стендапы, щекочут мышей и приглашают клоунов на ЭКО, другие анализируют шутки и пытаются построить общую концепцию: что делает шутку смешной. О техниках остроумия пишет даже Фрейд. Он же пытается вывести всеобщие правила юмора: усиление, работа со словесным материалом, двусмысленность…

Основными теориями смеха — то есть теориями, почему шутки смешные, — считаются три. Теория несоответствия ожиданиям , попросту говоря, «нежданчик». Теория превосходства , которая восходит к Аристотелю через Гоббса — она предполагает, что мы смеемся от злорадства, потому что мы классные по сравнению с другими или нами раньше. Теория переживания гласит: человек сбрасывает психологическое напряжение, когда смеется.

Первая скорее объясняет «почему», а не «зачем», поэтому она при ближайшем рассмотрении поможет конструировать смешные шутки. Или хотя бы несмешные.

С теорией несоответствия ожиданиям связана семантическая теория юмора Виктора Раскина. Он полагает, что текст можно характеризовать как шутку, когда соблюдены два условия: в тексте сочетаются два различных сценария, контекста; эти два контекста в определенном смысле противоположны или противопоставляются.

Как текст, который подпадает под два условия и, следовательно, является бомбической шуткой, Виктор Раскин рассказывает анекдот: «Доктор дома? — прошептал пациент с больным горлом. Молоденькая жена доктора в ответ шепчет: «Нет. Входите».

Еще один исследователь, Том Витч, уточняет теорию Раскина. С его точки зрения, юмор содержит два семантически несовместимых элемента: один социально нормален, другой представляет собой нарушение порядка, каким мы осознаем его — законов природы, социума и морали.

Витч приводит такую шутку: «Мамочка, мамочка, что такое правонарушитель? — Заткнись и передай мне лом!»

«Субъективный моральный порядок», который предполагает, что мамочка по первому крику объясняет сыну, что такое хорошо и что такое плохо, — нарушен. Слушатель хихикает. Правда, негромко.

Кстати, «субъективный моральный порядок» может быть и лингвистического толка, когда слова оказываются не тем, чем кажутся. Например: «Штирлиц шел по лесу и наткнулся на сук. „Шли бы вы домой, девушки, — сказал он, — война все-таки“».

Особо отметим: шутки основываются на нарушении порядка, каким мы осознаем его . Отсюда вытекают два правила, почему в теории ваши шутки проваливаются:

  • Ваша шутка нарушает некий порядок, которого слушатель не знает или не осознает. Если левая часть лобной доли еще худо-бедно понимает, что это шутка, то правая не понимает, над чем тут смеяться. Пример: «Заходит аргон в бар и заказывает пиво. Бармен: „Мы инертные газы не обслуживаем“. Аргон не реагирует».
  • Ваша шутка нарушает порядок, который слушатель порядком не считает. Серьезно, может, мы отдадим жизнь за ваше право шутить над чем угодно, но смеяться над этой херней не подписывались. Пример: «Старушки на скамейке: „Везет же Ивановой! Муж, любовник! А вчера еще и изнасиловали!“»

Как говорил писатель Элвин Уайт, «анализировать юмор — всё равно что препарировать лягушку. Мало кому интересно, а лягушка от этого умирает». И все-таки с гордостью представляем вам:

Дисклеймер: относительным противопоказанием для использования руководства является трезвая аудитория. Изберите бесстрастную манеру подачи либо освободите свою правую руку для применения в качестве орудия жестикуляции. В случае успешного применения сучки любого пола сами лезут на вас. Да начнется оргия!

1. Сочетайте яркий факт с избыточными деталями

Изберите детали абсурдные либо, наоборот, преувеличенные. Яркий факт лучше расположить в начале или первой трети шутки.

«Как-то мою сестру укусил лось. Она в это время выцарапывала свои инициалы на лосе концом зубной щетки, которую ей дал ее деверь, дантист из Швеции».

— Монти Пайтон

«Не открывайте дверь вашего скрытого потенциала! Вам это не понравится. Всё, что там будет, — это маленькая облезлая серая кошка с диареей, сидящая на матрасе с торчащими пружинами. С выпученными глазами. Мяукающая на тебя. МЯУ. И курит, скорее всего».

— Дилан Моран

2. Сделайте ваши тезисы парадоксальными

Парадокс можно основать на смысле тезисов, значении отдельных слов или возмутительном противоречии ваших слов всему, что мы любим и верим.

«Что, если я потеряю работу? Ненавижу свою ******** [чертову] работу, но что, если я ее потеряю?»

— Дилан Моран

«Перестань быть педиком и отсоси этот *** [член]!»

— Луи Си Кей

«Я сказала племяшке, что каждый раз, когда она проигрывает, ангел заболевает СПИДом. И знаете что? Она побеждает!»

— Сара Сильверман

3. Работайте со стилизацией

Описывайте драку в духе библейских мифов, а получение докторской степени — в терминологии дворовых гопников.

«Тогда святой Атилла поднял ручную гранату в руке и возгласил: „Благослови, Господи, свою ручную гранату, каковою можешь Ты в своей милости разносить врагов Твоих на маленькие кусочки“».

— Монти Пайтон

«Волчица ты. Тебя я презираю. К любовнику уходишь от меня. К Птибурдукову от меня уходишь. К ничтожному Птибурдукову нынче ты, мерзкая, уходишь от меня. Так вот к кому ты от меня уходишь! Ты похоти предаться хочешь с ним. Волчица старая и мерзкая притом!»

— И. Ильф и Е. Петров, «Золотой теленок»

Если слушатели даже не улыбнулись, очевидно, это провал. Если сильно переживаете, отползайте. Или сделайте вид, что не шутили вовсе. Да, вот это все вы сказали всерьез. Утешайте себя: некоторые люди не понимают шуток. Чувство юмора — это драгоценность, вот вы и не тратите его куда попало.

Источники:

http://www.lookatme.ru/mag/how-to/ask/204221-nauka-internet-shutok
http://hi-news.ru/eto-interesno/chto-delaet-shutki-smeshnymi-i-pochemu-ne-vse-ix-ponimayut.html
http://knife.media/how-to-joke/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector