5 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Анна Банщикова: роль жены для меня на последнем месте. «И тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала»: Анна Банщикова об «ужасах» и радостях актёрской профессии Мне приятно, когда меня не узнают

«И тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала»: Анна Банщикова об «ужасах» и радостях актёрской профессии

В послужном списке Анны Банщиковой — более 80 ролей в полнометражных фильмах и телевизионных проектах. Причём именно последние принесли ей наибольшую известность. Один из самых успешных сериалов с участием Банщиковой — «Ищейка», где она сыграла роль подполковника полиции Александры Кушнир. В интервью RT актриса рассказала, как её амплуа помогает в общении с представителями правоохранительных органов, а также поделилась впечатлениями от съёмок в некомфортных условиях и общения с поклонниками в социальных сетях.

— Раз уж мы встретились буквально за полтора часа до вашего спектакля в театре «Современник», расскажите, в какой момент вам удалось взять под контроль волнение перед выходом на сцену, которое наверняка присутствовало в самом начале карьеры?

— В какой-то момент надо начинать с этим бороться. С волнением невозможно выходить на сцену — делать это нужно в полном покое. Только тогда получится что-то человеческое. И я, видимо, боролась какое-то время. Но всё равно, наверное, ещё волнуюсь — правда, уже гораздо меньше.

— А это волнение потом превращается в удовольствие? Может быть, после него возникает эйфория?

— Я об этом не задумывалась. Но каждый раз волнение — как экзамен. Ты всё равно должен себя каким-то образом включить. И у всех это по-разному происходит — секретов нет.

Бывает, ты готовишься и думаешь: «Вот, сегодня будет классный спектакль. Я такая бодрая!» Но чего-то не происходит. Бывает, что ты, в каком-то ужасном совершенно состоянии, уставший после ночной смены, думаешь: «Боже мой, как я сегодня буду артисткой работать?!» А выходишь — получается наоборот. Непредсказуемая, на самом деле, штука.

— Сейчас в Москве проходят съёмки сериала «Отчаянные», в которых вы принимаете участие. Расскажите про свою героиню.

— Я играю крутую женщину. Её зовут Рита. Она очень позитивная, не унывает ни при каких обстоятельствах, очень любит жизнь. И, наверное, это взаимно — несмотря на какие-то её сложные перипетии.

Это история двух полярно разных женщин, которые в силу обстоятельств оказываются вместе. Эти женщины всё время находятся в движении, они убегают от неких обстоятельств, спасаются. Такая движуха.

— А вы чему-то учитесь у своих персонажей? Создавая их и наделяя какими-то качествами, вы в конце концов, может быть, что-то у них перенимаете?

— Бывает, что ты в определённый момент начинаешь чуть-чуть общаться, как они. Например, эта Рита всё время какими-то междометиями разговаривает. Ну, такая она — проскакивают у неё определённые словечки. А потом иногда приходишь домой и замечаешь, что у тебя они тоже начинают проскакивать больше, чем обычно.

— Актёры, которым приходилось играть представителей криминального мира, рассказывали, что потом возле них останавливались тонированные джипы и находящиеся в них люди высказывали своё уважение, если так можно выразиться. А вы получали подобную обратную связь?

— Да, конечно. Вот у меня был такой хороший сериал «Жуков». Я там играла жену Жукова. Говорят, полицейским нравится!

После этой роли меня кто-то пытался остановить, но другой полицейский.

В послужном списке Анны Банщиковой — более 80 ролей в полнометражных фильмах и телевизионных проектах. Причём именно последние принесли ей наибольшую известность. Один из самых успешных сериалов с участием Банщиковой — «Ищейка», где она сыграла роль подполковника полиции Александры Кушнир. В интервью RT актриса рассказала, как её амплуа помогает в общении с представителями правоохранительных органов, а также поделилась впечатлениями от съёмок в некомфортных условиях и общения с поклонниками в социальных сетях.

— Раз уж мы встретились буквально за полтора часа до вашего спектакля в театре «Современник», расскажите, в какой момент вам удалось взять под контроль волнение перед выходом на сцену, которое наверняка присутствовало в самом начале карьеры?

— В какой-то момент надо начинать с этим бороться. С волнением невозможно выходить на сцену — делать это нужно в полном покое. Только тогда получится что-то человеческое. И я, видимо, боролась какое-то время. Но всё равно, наверное, ещё волнуюсь — правда, уже гораздо меньше.

— А это волнение потом превращается в удовольствие? Может быть, после него возникает эйфория?

— Я об этом не задумывалась. Но каждый раз волнение — как экзамен. Ты всё равно должен себя каким-то образом включить. И у всех это по-разному происходит — секретов нет.

Бывает, ты готовишься и думаешь: «Вот, сегодня будет классный спектакль. Я такая бодрая!» Но чего-то не происходит. Бывает, что ты, в каком-то ужасном совершенно состоянии, уставший после ночной смены, думаешь: «Боже мой, как я сегодня буду артисткой работать?!» А выходишь — получается наоборот. Непредсказуемая, на самом деле, штука.

— Сейчас в Москве проходят съёмки сериала «Отчаянные», в которых вы принимаете участие. Расскажите про свою героиню.

— Я играю крутую женщину. Её зовут Рита. Она очень позитивная, не унывает ни при каких обстоятельствах, очень любит жизнь. И, наверное, это взаимно — несмотря на какие-то её сложные перипетии.

Это история двух полярно разных женщин, которые в силу обстоятельств оказываются вместе. Эти женщины всё время находятся в движении, они убегают от неких обстоятельств, спасаются. Такая движуха.

— А вы чему-то учитесь у своих персонажей? Создавая их и наделяя какими-то качествами, вы в конце концов, может быть, что-то у них перенимаете?

— Бывает, что ты в определённый момент начинаешь чуть-чуть общаться, как они. Например, эта Рита всё время какими-то междометиями разговаривает. Ну, такая она — проскакивают у неё определённые словечки. А потом иногда приходишь домой и замечаешь, что у тебя они тоже начинают проскакивать больше, чем обычно.

— Актёры, которым приходилось играть представителей криминального мира, рассказывали, что потом возле них останавливались тонированные джипы и находящиеся в них люди высказывали своё уважение, если так можно выразиться. А вы получали подобную обратную связь?

— Да, конечно. Вот у меня был такой хороший сериал «Жуков». Я там играла жену Жукова. Говорят, полицейским нравится!

После этой роли меня кто-то пытался остановить, но другой полицейский сказал: «Даже не трогайте, надо честь отдавать — это жена Жукова едет».

Поэтому можно нарушить иногда. Я шучу, но… Может, не то чтобы нарушить, но иногда получить какое-то снисхождение по крайней мере.

Читать еще:  Как зарождалась самая страшная преступная группировка в США — русская мафия. Биография евсея агрона

Я сейчас вообще как бы подполковник (Банщикова имеет в виду свою роль в сериале «Ищейка». — RT ). Помню, как в Геленджике потеряла паспорт и пришла делать себе новый. Захожу в отделение полиции, которое фигурирует в сериале. Подполковник Кушнир ведь служит в геленджикской полиции. Прихожу, и там сразу начинают кому-то звонить: «К нам пришла наш начальник Кушнир». Все построились…

— Сделали быстро?

— Вообще моментально. И смешно было, что они восприняли всё так, будто бы действительно их начальник пришёл.

— Ваш Instagram совершенно поразительный. Он очень светлый…

— Да, вы знаете. Говорят, что не у всех так! Но то, что я читаю… мне пишут такие прекрасные вещи! Одни приятности. Нет ни одного негативного отзыва.

— А какой отзыв вам запомнился больше всего?

— Что я заряжаю людей на расстоянии. Что люди смотрят на меня на расстоянии и радуются.

Мне какие-то видео монтируют невероятные и каждый день присылают, радуют меня. Какие-то находят фотографии, что-то придумывают, бесконечно удивляют.

Я читаю, отвечаю. Нахожусь в активном с ними общении. Люди вовлечены в мою рабочую жизнь, и я это очень поддерживаю. Это очень-очень важно, правда.

— Опять-таки в своём Instagram вы не так давно разместили видео со съёмок нового сериала. Там вы стоите у машины, происходит взрыв, и вы падаете на землю. Насколько сложно сниматься в подобных сценах?

— В этом фильме мы достаточно часто и падаем, и ползаем, и лазаем по лесам, препятствия разные всё время преодолеваем, убиваем людей… И с дальнобойщиками какие-то дикие есть сцены.

Ну, сложно или не сложно — не знаю. Если интересно — ничего не сложно. Сложно, когда неинтересно и когда не хочется этим заниматься. А когда интересно, ты в это вовлечён, всё становится в радость, всё получается.

— А как вы относитесь к некомфортным локациям? Вот мы побывали на съёмках вашего нового сериала в месте, к которому неприменимо слово «комфорт».

— Какой может быть комфорт, когда ночные смены, когда ужасно холодно, а мы доснимаем?

У нас по сюжету сейчас осень ранняя. Поэтому мы практически раздетые, с голыми ногами и в каких-то летних вещах ходим. А на улице очень холодно — «за кулисами» уже может пойти снег. Это всё некомфортно, но никто не говорил, что будет комфортно!

Меня это не пугает. Это входит в ужасы профессии, как говорится. Мы привыкли к этому. Я во время съёмок и босиком по снегу бегала, и тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала… И вот теперь в лесах, под дождём, холодом и градом.

— А с вертолёта разве не каскадёры прыгают?

— В «Охоте на пиранью» мы сами прыгали с вертолёта, с пяти метров. Ну, иногда надо какие-то вещи в себе преодолевать, чтобы что-то получилось.

— На что бы вы никогда не пошли ради роли? Может быть, не стали бы брови сбривать или налысо стричься?

— Если бы был классный сценарий, хороший режиссёр и интересная идея, я бы всё сделала. Я не держусь ни за брови, ни за волосы. Напротив, выступаю за такие эксперименты с изменениями. Не люблю играть каких-то одинаковых людей.

— Хотелось бы сделать с вами блиц. Я задам несколько коротких вопросов. Первый: самое часто употребляемое вами слово-паразит.

— «Как бы», наверное. Дурацкое слово.

— Ваша первая роль в детском саду или в школьной постановке?

— Не знаю. Помню, я была снежинкой. Я какое-то время, два года, занималась балетом во дворце пионеров. Как меня взяли — непонятно. По блату, наверное. У меня была пачка, я была снежинкой. Танцевала прямо в каком-то детском балете…

— Что у вас вызовет больший дискомфорт — немытые волосы или потрескавшийся маникюр?

— Немытые волосы. А маникюр сейчас модно носить потрескавшийся. Кстати, я сейчас играю эту Риту, а она весь фильм находится в движении — они же начали убегать. Так я и хожу с ободранным маникюром теперь. Но все говорят: «Сейчас так модно».

— От кого ваше последнее сообщение в WhatsApp или другом мессенджере?

— От моего директора.

— А дети вам часто пишут?

— Нет, у них нет телефонов. Они, слава богу, их пока не просят. Я как-то так оттягиваю этот момент… Поэтому они мне не пишут. Я звоню бабушке или папе, через них могу с детьми поговорить.

— Остался ли у вас какой-то детский страх?

— Много каких-то страхов, наверное. Одиночества — что тебя все оставят, бросят. Исчезнут, и ты останешься один.

Помню, я всегда боялась — как все дети, наверное, — что мамы не станет. У меня какие-то такие вещи были.

— А сейчас, если такое накатывает, что вы делаете? Идёте обнимать детей?

— Сейчас, наверное, не такое происходит. Сейчас, бывает, просыпаюсь утром от того, что мне страшно, что я что-то не успела, не сделала. Не знаю, детский это страх или взрослый — чего-то не успеть.

— Проводите ли вы какой-нибудь ритуал перед началом съёмок?

— Да нет такого ритуала. Когда сидишь в гриме, ты как-то просто так включаешься, превращаешься в артистку.

«И тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала»: Анна Банщикова об «ужасах» и радостях актёрской профессии

— Раз уж мы встретились буквально за полтора часа до вашего спектакля в театре «Современник», расскажите, в какой момент вам удалось взять под контроль волнение перед выходом на сцену, которое наверняка присутствовало в самом начале карьеры?

— В какой-то момент надо начинать с этим бороться. С волнением невозможно выходить на сцену — делать это нужно в полном покое. Только тогда получится что-то человеческое. И я, видимо, боролась какое-то время. Но всё равно, наверное, ещё волнуюсь — правда, уже гораздо меньше.

— А это волнение потом превращается в удовольствие? Может быть, после него возникает эйфория?

— Я об этом не задумывалась. Но каждый раз волнение — как экзамен. Ты всё равно должен себя каким-то образом включить. И у всех это по-разному происходит — секретов нет.

Бывает, ты готовишься и думаешь: «Вот, сегодня будет классный спектакль. Я такая бодрая!» Но чего-то не происходит. Бывает, что ты, в каком-то ужасном совершенно состоянии, уставший после ночной смены, думаешь: «Боже мой, как я сегодня буду артисткой работать?!» А выходишь — получается наоборот. Непредсказуемая, на самом деле, штука.

— Сейчас в Москве проходят съёмки сериала «Отчаянные», в которых вы принимаете участие. Расскажите про свою героиню.

— Я играю крутую женщину. Её зовут Рита. Она очень позитивная, не унывает ни при каких обстоятельствах, очень любит жизнь. И, наверное, это взаимно — несмотря на какие-то её сложные перипетии.

Это история двух полярно разных женщин, которые в силу обстоятельств оказываются вместе. Эти женщины всё время находятся в движении, они убегают от неких обстоятельств, спасаются. Такая движуха.

Читать еще:  Александра гозиас - биография, информация, личная жизнь. Александра гозиас - биография, информация, личная жизнь Сколько лет короткову из дома 2

— А вы чему-то учитесь у своих персонажей? Создавая их и наделяя какими-то качествами, вы в конце концов, может быть, что-то у них перенимаете?

— Бывает, что ты в определённый момент начинаешь чуть-чуть общаться, как они. Например, эта Рита всё время какими-то междометиями разговаривает. Ну, такая она — проскакивают у неё определённые словечки. А потом иногда приходишь домой и замечаешь, что у тебя они тоже начинают проскакивать больше, чем обычно.

— Актёры, которым приходилось играть представителей криминального мира, рассказывали, что потом возле них останавливались тонированные джипы и находящиеся в них люди высказывали своё уважение, если так можно выразиться. А вы получали подобную обратную связь?

— Да, конечно. Вот у меня был такой хороший сериал «Жуков». Я там играла жену Жукова. Говорят, полицейским нравится!

После этой роли меня кто-то пытался остановить, но другой полицейский сказал: «Даже не трогайте, надо честь отдавать — это жена Жукова едет».

Поэтому можно нарушить иногда. Я шучу, но… Может, не то чтобы нарушить, но иногда получить какое-то снисхождение по крайней мере.

Я сейчас вообще как бы подполковник (Банщикова имеет в виду свою роль в сериале «Ищейка». — RT). Помню, как в Геленджике потеряла паспорт и пришла делать себе новый. Захожу в отделение полиции, которое фигурирует в сериале. Подполковник Кушнир ведь служит в геленджикской полиции. Прихожу, и там сразу начинают кому-то звонить: «К нам пришла наш начальник Кушнир». Все построились…

— Сделали быстро?

— Вообще моментально. И смешно было, что они восприняли всё так, будто бы действительно их начальник пришёл.

— Ваш Instagram совершенно поразительный. Он очень светлый…

— Да, вы знаете. Говорят, что не у всех так! Но то, что я читаю… мне пишут такие прекрасные вещи! Одни приятности. Нет ни одного негативного отзыва.

— А какой отзыв вам запомнился больше всего?

— Что я заряжаю людей на расстоянии. Что люди смотрят на меня на расстоянии и радуются.

Мне какие-то видео монтируют невероятные и каждый день присылают, радуют меня. Какие-то находят фотографии, что-то придумывают, бесконечно удивляют.

Я читаю, отвечаю. Нахожусь в активном с ними общении. Люди вовлечены в мою рабочую жизнь, и я это очень поддерживаю. Это очень-очень важно, правда.

— Опять-таки в своём Instagram вы не так давно разместили видео со съёмок нового сериала. Там вы стоите у машины, происходит взрыв, и вы падаете на землю. Насколько сложно сниматься в подобных сценах?

— В этом фильме мы достаточно часто и падаем, и ползаем, и лазаем по лесам, препятствия разные всё время преодолеваем, убиваем людей… И с дальнобойщиками какие-то дикие есть сцены.

Ну, сложно или не сложно — не знаю. Если интересно — ничего не сложно. Сложно, когда неинтересно и когда не хочется этим заниматься. А когда интересно, ты в это вовлечён, всё становится в радость, всё получается.

— А как вы относитесь к некомфортным локациям? Вот мы побывали на съёмках вашего нового сериала в месте, к которому неприменимо слово «комфорт».

— Какой может быть комфорт, когда ночные смены, когда ужасно холодно, а мы доснимаем?

У нас по сюжету сейчас осень ранняя. Поэтому мы практически раздетые, с голыми ногами и в каких-то летних вещах ходим. А на улице очень холодно — «за кулисами» уже может пойти снег. Это всё некомфортно, но никто не говорил, что будет комфортно!

Меня это не пугает. Это входит в ужасы профессии, как говорится. Мы привыкли к этому. Я во время съёмок и босиком по снегу бегала, и тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала… И вот теперь в лесах, под дождём, холодом и градом.

— А с вертолёта разве не каскадёры прыгают?

— В «Охоте на пиранью» мы сами прыгали с вертолёта, с пяти метров. Ну, иногда надо какие-то вещи в себе преодолевать, чтобы что-то получилось.

— На что бы вы никогда не пошли ради роли? Может быть, не стали бы брови сбривать или налысо стричься?

— Если бы был классный сценарий, хороший режиссёр и интересная идея, я бы всё сделала. Я не держусь ни за брови, ни за волосы. Напротив, выступаю за такие эксперименты с изменениями. Не люблю играть каких-то одинаковых людей.

— Хотелось бы сделать с вами блиц. Я задам несколько коротких вопросов. Первый: самое часто употребляемое вами слово-паразит.

— «Как бы», наверное. Дурацкое слово.

— Ваша первая роль в детском саду или в школьной постановке?

— Не знаю. Помню, я была снежинкой. Я какое-то время, два года, занималась балетом во дворце пионеров. Как меня взяли — непонятно. По блату, наверное. У меня была пачка, я была снежинкой. Танцевала прямо в каком-то детском балете…

— Что у вас вызовет больший дискомфорт — немытые волосы или потрескавшийся маникюр?

— Немытые волосы. А маникюр сейчас модно носить потрескавшийся. Кстати, я сейчас играю эту Риту, а она весь фильм находится в движении — они же начали убегать. Так я и хожу с ободранным маникюром теперь. Но все говорят: «Сейчас так модно».

— От кого ваше последнее сообщение в WhatsApp или другом мессенджере?

— От моего директора.

— А дети вам часто пишут?

— Нет, у них нет телефонов. Они, слава богу, их пока не просят. Я как-то так оттягиваю этот момент… Поэтому они мне не пишут. Я звоню бабушке или папе, через них могу с детьми поговорить.

— Остался ли у вас какой-то детский страх?

— Много каких-то страхов, наверное. Одиночества — что тебя все оставят, бросят. Исчезнут, и ты останешься один.

Помню, я всегда боялась — как все дети, наверное, — что мамы не станет. У меня какие-то такие вещи были.

— А сейчас, если такое накатывает, что вы делаете? Идёте обнимать детей?

— Сейчас, наверное, не такое происходит. Сейчас, бывает, просыпаюсь утром от того, что мне страшно, что я что-то не успела, не сделала. Не знаю, детский это страх или взрослый — чего-то не успеть.

— Проводите ли вы какой-нибудь ритуал перед началом съёмок?

— Да нет такого ритуала. Когда сидишь в гриме, ты как-то просто так включаешься, превращаешься в артистку.

«И тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала»: Анна Банщикова об «ужасах» и радостях актёрской профессии

— Раз уж мы встретились буквально за полтора часа до вашего спектакля в театре «Современник», расскажите — в какой момент вам удалось взять под контроль волнение перед выходом на сцену, которое наверняка присутствовало в самом начале карьеры?

— В какой-то момент надо начинать с этим бороться. С волнением невозможно выходить на сцену — делать это нужно в полном покое. Только тогда получится что-то человеческое. И я, видимо, боролась какое-то время. Но всё равно, наверное, ещё волнуюсь — правда, уже гораздо меньше.

— А это волнение потом превращается в удовольствие? Может быть, после него возникает эйфория?

Читать еще:  Нарисовать рисунок на тему цирка. Конспект занятия по рисованию с элементами аппликации «Цирковые животные

— Я об этом не задумывалась. Но каждый раз волнение — как экзамен. Ты всё равно должен себя каким-то образом включить. И у всех это по-разному происходит — секретов нет.

— Сейчас в Москве проходят съёмки сериала «Отчаянные», в которых вы принимаете участие. Расскажите про свою героиню.

— Я играю крутую женщину. Её зовут Рита. Она очень позитивная, не унывает ни при каких обстоятельствах, очень любит жизнь. И, наверное, это взаимно — несмотря на какие-то её сложные перипетии.

Это история двух полярно разных женщин, которые в силу обстоятельств оказываются вместе. Эти женщины всё время находятся в движении, они убегают от неких обстоятельств, спасаются. Такая движуха.

— А вы чему-то вы учитесь у своих персонажей? Создавая их и наделяя какими-то качествами вы, в конце концов, может быть, что-то у них перенимаете?

— Бывает, что ты в определённый момент начинаешь чуть-чуть общаться, как они. Например, эта Рита всё время какими-то междометиями разговаривает. Ну, такая она — проскакивают у неё определённые словечки. А потом иногда приходишь домой и замечаешь, что у тебя они тоже начинают проскакивать больше, чем обычно.

— Актёры, которым приходилось играть представителей криминального мира, рассказывали, что потом возле них останавливались тонированные джипы, и находящиеся в них люди, высказывали своё уважение, если так можно выразиться. А вы получали подобную «обратную связь»?

— Да, конечно. Вот у меня был такой хороший сериал «Жуков». Я там играла жену Жукова. Говорят, полицейским нравится!

После этой роли меня кто-то пытался остановить, но другой полицейский сказал: «Даже не трогайте, надо честь отдавать — это жена Жукова едет».

Поэтому можно нарушить иногда. Я шучу, но… Может, не то что бы нарушить, но иногда получить какое-то снисхождение, по крайней мере.

Я сейчас вообще как бы подполковник (Банщикова имеет в виду свою роль в сериале «Ищейка». — RT). Помню, как в Геленджике потеряла паспорт и пришла делать себе новый. Захожу в отделение полиции, которое фигурирует в сериале. Подполковник Кушнир ведь служит в геленджикской полиции. Прихожу, и там сразу начинают кому-то звонить: «К нам пришла наш начальник Кушнир». Все построились…

— Сделали быстро?

— Вообще моментально. И смешно было, что они восприняли всё так, будто бы действительно их начальник пришёл.

— Ваш Instagram совершенно поразительный. Он очень светлый…

— Да, вы знаете. Говорят, что не у всех так! Но то, что я читаю… мне пишут такие прекрасные вещи. Одни приятности. Нет ни одного негативного отзыва.

— А какой отзыв вам запомнился больше всего?

— Что я заряжаю людей на расстоянии. Что люди смотрят на меня на расстоянии и радуются.

Мне какие-то видео монтируют невероятные и каждый день присылают, радуют меня. Какие-то находят фотографии, что-то придумывают, бесконечно удивляют.

Я читаю, отвечаю. Нахожусь в активном с ними общении. Люди вовлечены в мою рабочую жизнь, и я это очень поддерживаю. Это очень-очень важно, правда.

— Опять-таки в своём Instagram вы не так давно разместили видео со съёмок нового сериала. Там вы стоите у машины, происходит взрыв, и вы падаете на землю. Насколько сложно сниматься в подобных сценах?

— В этом фильме мы достаточно часто и падаем, и ползаем, и лазаем по лесам, препятствия разные всё время преодолеваем, убиваем людей… И с дальнобойщиками какие-то дикие есть сцены.

Ну, сложно или не сложно — не знаю. Если интересно — ничего не сложно. Сложно, когда не интересно и когда не хочется этим заниматься. А когда интересно, ты в это вовлечён, всё становится в радость, всё получается.

— А как вы относитесь к некомфортным локациям? Вот мы побывали на съёмках вашего нового сериала в месте, к которому неприменимо слово «комфорт».

— Какой может быть комфорт, когда ночные смены, когда ужасно холодно, а мы доснимаем?

У нас по сюжету сейчас осень ранняя. Поэтому мы практически раздетые, с голыми ногами и в каких-то летних вещах ходим. А на улице очень холодно — «за кулисами» уже может пойти снег. Это всё некомфортно, но никто не говорил, что будет комфортно.

Меня это не пугает. Это входит в ужасы профессии, как говорится. Мы привыкли к этому. Я во время съёмок и босиком по снегу бегала, и тонула в ледяной воде, и с вертолёта прыгала… И вот теперь в лесах, под дождём, холодом и градом.

— А с вертолёта разве не каскадёры прыгают?

— В «Охоте на пиранью» мы сами прыгали с вертолёта, с пяти метров. Ну, иногда надо какие-то вещи в себе преодолевать, чтобы что-то получилось.

— На что бы вы никогда не пошли ради роли? Может быть, не стали брови сбривать или на лысо стричься?

— Если бы был классный сценарий, хороший режиссёр и интересная идея, я бы всё сделала. Я не держусь ни за брови, ни за волосы. Напротив — выступаю за такие эксперименты с изменениями. Не люблю играть каких-то одинаковых людей.

— Хотелось бы сделать с вами блиц. Я задам несколько коротких вопросов. Первый: ваше самое часто употребляемое слово-паразит.

— «Как бы», наверное. Дурацкое слово.

— Ваша первая роль в детском саду или в школьной постановке?

— Не знаю. Помню, я была снежинкой. Я какое-то время, два года, занималась балетом во Дворце пионеров. Как меня взяли — непонятно. По блату, наверное. У меня была пачка, я была снежинкой. Танцевала прямо в каком-то детском балете…

— Что у вас вызовет больший дискомфорт — немытые волосы или потрескавшийся маникюр?

— Немытые волосы. А маникюр сейчас модно носить потрескавшийся. Кстати, я сейчас играю эту Риту, а она весь фильм находится в движении — они же начали убегать. Так я и хожу с ободранным маникюром теперь. Но все говорят: «Сейчас так модно».

— От кого ваше последнее сообщение в WhatsApp или другом мессенджере?

— От моего директора.

— А дети вам часто пишут?

— Нет, у них нет телефонов. Они, слава богу, их пока не просят. Я как-то так оттягиваю этот момент… Поэтому они мне не пишут. Я звоню бабушке или папе, через них могу с детьми поговорить.

— Остался ли у вас какой-то детский страх?

— Много каких-то страхов, наверное. Одиночества — что тебя все оставят, бросят. Исчезнут, и ты останешься один.

Помню, я всегда боялась — как все дети, наверное — что мамы не станет. У меня какие-то такие вещи были.

— А сейчас, если такое накатывает, что вы делаете? Идёте обнимать детей?

— Сейчас, наверное, не такое происходит. Сейчас, бывает, просыпаюсь утром от того, что мне страшно, что я что-то не успела, не сделала. Не знаю, детский это страх или взрослый — чего-то не успеть.

— Проводите ли вы какой-нибудь ритуал перед началом съёмок?

— Да нет такого ритуала. Когда сидишь в гриме, ты как-то просто так включаешься, превращаешься в артистку.

Источники:

http://omsk.bezformata.com/listnews/vertolyota-prigala-anna-banshikova/71279466/
http://russian.rt.com/nopolitics/article/575558-anna-banschikova-intervyu
http://twnews.ru/ru-news/i-tonula-v-ledianoi-vode-i-s-vertoliota-prygala-anna-banshchikova-ob-uzhasakh-i-radostiakh-aktiorskoi-professii

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector